Логика и этика Аристотеля

Реферат

1 Введение

Аристотель — величайший из древнегреческих философов, основоположник дуализма, ученик и решительный противник Платона.

Он родился в 384 году до нашей эры в Стагире — городе на северо — западном побережье Эгейского моря. Его отец — Никомах был придворным врачом македонского царя Аминты III. Но сын не унаследовал должность отца. В семнадцатилетнем возрасте Аристотель приезжает в Афины, где становится учеником Платона. В его академии он пробыл до смерти учителя. По истечении 10 лет после смерти Платона Аристотель покидает Афины. Он много путешествует. Филипп Македонский приглашает философа для обучения Александра — своего сына. Александр Македонский любил Аристотеля и называл его своим “вторым отцом” . Аристотель не был согласен с политикой Македонского и по истечении некоторого времени покинул его и вернулся в Афины. Здесь он создает свою школу, получившую название Линей, по имени храма Аполлона Линейского, вблизи которого и находилась эта школа. При школе был сад с галереями для прогулок (peripatos) , и поскольку занятия проходили там, школа получила название “перипатической”, а принадлежащие к ней стали называться “перипатетиками” . Второй афинский период был временем окончательного оформления системы воззрения Аристотеля и подведения итогов. Не меньшее значение имело преподавание в Линее, привлекавшее многочисленных учеников.

Смерть Александра Македонского вызвала антимакедонское восстание в Афинах. Аристотель, известный своими македонскими симпатиями, был обвинен в “безбожии” и изгнан. Философ вынужден был бежать в Халкиду на остров Эвбея, где у него было поместье. Летом 322 года он умер.

2 Логическая система Аристотеля.

2.1 Учение о понятии и предложении.

Логика Аристотеля есть главным образом логика терминов, поэтому определение природы понятия и отношений между понятиями были предметом его внимания. Особенно важным для Аристотеля было выяснение свойств общего. В учении Аристотеля общее определяется как то, что относится ко многим предметам в силу их природы. То, что во многом относится к существенному, дает понятие о роде. То, что состоит в связи с родом и может быть выведено из рода, есть свойство. Если свойство по природе отличает целую группу предметов рода от другой группы, то такое свойство дает понятие о виде. А если к свойствам вида и рода присоединяется свойство единичного предмета, выделяющего его и отличающее его от всякого другого, то такое свойство дает понятие о том, что собственно принадлежит предмету, о его собственном признаке. Никакое понятие не может быть, согласно Аристотелю, полностью адекватно своему предмету. Во всяком отдельном предмете, кроме характеризующего его свойства, есть некий неопределенный субстрат, который показывает свойство, отличающее этот предмет от других. Субстрат этот сам по себе уже неопределим, не может быть выражен в понятии. Именно поэтому единичный предмет не может быть исчерпан посредством понятия и адекватно отображен в нем. Одними и тем же свойствами могут обладать несколько субстратов. Поэтому, каким бы конкретным ни было понятие, под него, возможно, подвести, по крайней мере, в мысли, несколько предметов.

9 стр., 4180 слов

Представление о движении в трактате «О Душе» Аристотеля

... афинском Ликее. (1, Ал 15) После смерти Александра положение Аристотеля в Афинах стало опасным. В Афинах поднимается сильное движение против македонского владычества над Грецией, в том числе, прежде ... Ас 192) Даже по скудным сведениям о жизни Аристотеля, дошедшим до нашего времени, можно с полным основанием говорить о жизни Аристотеля, как наполненной разносторонней, напряженной борьбой со своими ...

Понятие, отдельно взятое, не образует предложения. Но и простое соединение понятий также еще не есть речь. Для того, чтобы возникла речь, необходимо возникновение высказывания. Это происходит, когда соединение понятий содержит утверждение одного о другом или, напротив, отрицание. Там, где это произошло, имеется на лицо предложение. Аристотель классифицирует предложения, разделяя их на четыре группы. Одну из них составляют утвердительные и отрицательные предложения (в первой понятия соединяются, а во второй отделяются друг от друга).

Вторую группу составляют истинные и ложные предложения.

Для логики Аристотеля различение истинных и ложных предложений фундаментально. Истинными предложениями он называет те, в которых утверждается соединение понятий таково, каково соединение их предметов в действительности. Ложными называются те предложения, в которых либо соединяется то, что разделено в действительности, либо разъединяется то, что в действительности соединено. Соединение обоих оснований классификации предложений дает четвероякое их разделение на: 1. утвердительные истинные; 2. отрицательные истинные; 3. утвердительные ложные; 4. отрицательные ложные. Третье основание для классификации предложений определяется характером их общности. То, что высказывается в предложении, может относиться к одному предмету или их множеству. Предложение, в котором высказывание относится к одному предмету — единичное. Предложение, в котором высказывание относится ко всем предметам известного вида — общее. Предложение с высказыванием не обо всех, а о нескольких предметах вида — частное. Кроме того, Аристотель выделяет предложения, называемые неопределенными. Это предложения, в которых не ясно указывается, к какой именно части класса относится высказывание. Четвертое основание для классификации предложений — способность их быть высказываниями о возможности, действительности и необходимости. При различении этих трех видов предложений имеется в виду не отношение мыслимого к нашей мысли, а способность предложения отображать реальное состояние, т.е. нечто, относящееся к самой сущности предметов. В этом смысле, например, возможным считается не то, что признается таковым, а то, что возможно само по себе.

Согласно Аристотелю, можно выделить три вида возможного. Это, во — первых, возможное в обычном смысле, т.е. то, что, будучи одним, может перейти в другое. Во — вторых, существует возможное, которое на деле всегда существует только в качестве действительного. Так как оно действительно, то тем самым оно и возможно, но оно никогда не встречается как возможное, а лишь как действительное. В — третьих, существует возможное, которое вечно остается только возможным и никогда не переходит в действительность.

8 стр., 3519 слов

Логика Аристотеля

... посылок знания; это индукция . «Диалектика» Аристотеля Сравнение учения Аристотеля о знании с учениями некоторых ... сформулированы в важнейшем сочинении Аристотеля «Метафизика»[8] . Аристотель создал теорию силлогизма , рассмотрел теорию ... предложения, достигнув которых мы уже не можем продолжать сведение данного к элементам, объясняющим это данное. «Аналитики» — не единственный труд Аристотеля ...

2.2. Теория силлогизма.

Главная и наиболее оригинальная часть логики Аристотеля — его теория силлогизма. В трактате “Первая аналитика”, где излагается аристотелевская теория силлогизма, сказано, что “силлогизма есть речь, в которой, если нечто предложено, то с необходимостью вытекает нечто отличное от положенного в силу того, что положенное есть”/1/. Силлогизм состоит из трех суждений, два из них посылки, а третье — заключение. Исследуя строение силлогизмов, он все термины в них представляет буквами, т.е. вводит в логику переменные. Аристотель, говоря словами Лукасевича, “представил свою теорию в буквенной форме, для того, чтобы показать, что получаемое заключение получается не как следствие содержания посылок, а как следствие их формы и сочетания; буквы являются знаками общности и показывают, что такое заключение будет следовать всегда, какой бы термин мы не избрали”/7/

Из этого взгляда на переменные вытекает весь характер логики Аристотеля. Логика — это не есть конкретное учение о конкретных вещах или терминах. Логика — это наука о законах силлогизмов, выраженных в переменных. Силлогизм Аристотеля вовсе не является выводом типа: “Всякое В есть А; всякое С есть В ; следовательно, всякое С есть А.” Только в дальнейшем он был истолкован как вывод, а у самого Аристотеля силлогизм — импликация (логическая операция, образующая сложное высказывание посредством логической связки) типа: Если А присуще всякому В и В присуще всякому С, то А присуще всякому С.Важное значение имеет то, что силлогизм-импликация Аристотеля отличается от вывода традиционной логики. Как импликация силлогизм Аристотеля есть предложение и потому должно быть либо истинным, либо ложным. А традиционный силлогизм как вывод может быть правильным или неправильным, но не может быть истинным или ложным, так как он не предложение, а ряд предложений, не спаянных в форму единства.

Форма силлогизма характеризуется числом переменных, их расположением и логическими константами. Две из них “и” и “если” не представляют специфических характеристик аристотелевской логики и входят как часть в более широкую и более основную логическую систему. Кроме них имеется еще четыре постоянных, характерных для логической системы Аристотеля. Это отношения между общими терминами:

1. “быть присущим всякому”,

2. ”не быть присущим ни одному”,

3. ” быть присущим некоторому”,

4. ”не быть присущим никому”. Аристотелевская логика предполагает свое применение только к общим терминам, например, “животное” или “млекопитающее”. Но и эти термины характеризуют не саму его логическую систему, а лишь сферу ее применения. Анализируя формы силлогизма, Аристотель выделил три основные вида (три “фигуры”), в которые могут быть сведены все отдельные его “модусы” (свойство предмета, присущее ему лишь в некоторых состояниях).

Принципом, на основе которого Аристотель разделил модусы силлогизма на фигуры, оказалось положение среднего термина в качестве субъекта или предиката посылок. ”Мы узнаем фигуру по положению среднего термина”

9 стр., 4291 слов

Логика Аристотеля

... слов и оперирования ими в процессе познания. Силлогизм – открытие Аристотеля является главной и наиболее оригинальной частью логики. В теории силлогизмов Аристотель дал определение силлогизму и различил его виды, определил работающие и не работающие виды силлогизмов, установил три фигуры силлогизма. Однако ...

Цель силлогизма — обосновать отношение А к В. Для этого необходимо найти нечто общее как для А, так и для В. Найти его возможно тремя способами: 1. утверждение А относительно С, а С относительно В; 2. утверждение С относительно их обоих; 3. утверждение А и В относительно С.“Отсюда очевидно, что всякий силлогизм строится по какой-нибудь из этих фигур” /1/ . В этой схеме А — предикат силлогистического заключения, В — его субъект, С — его средний термин. В первой фигуре средний термин — субъект по отношению к А (к “большому термину”) и предикат по отношению к В (к “меньшему термину”).

Во второй фигуре средний термин — предикат, а в третьей — субъект по отношению к большему и меньшему терминам. Аристотель разделил все силлогизмы на “совершенные” и “несовершенные”. “Совершенные” — это, по сути, аксиомы силлогистики: не требующие доказательства и недоказуемые самоочевидные утверждения. “Несовершенные” силлогизмы лишены очевидности и доказываются. Недоказуемые непосредственные положения составляют фонд основных истин.

2.3. Учение о доказательстве.

В проблеме доказательства Аристотель различает знание достоверное и вероятное. Началом доказательства не может быть ни правдоподобное, ни неправдоподобное знание и умозаключение должно быть построено из необходимых посылок. “Началом не является правдоподобное или неправдоподобное, но первичное, принадлежащее к тому роду, о котором ведется доказательство./2/.

В теории доказательства утверждается, что исходные начала доказательства — сущности, природа которых не доступна доказательству, но доказательство все же способно получать из сущностей свойства, вытекающие из их природы. Достигается это посредством деления. Для этого необходимо “брать все, относящееся к существу [вещи], и делением [все] расположить по порядку, постулируя первичное и ничего не оставляя без внимания. И это [приписываемое] необходимо [содержит определение], если все включается в деление и ничего не упускается”/2,/. Ценность, в глазах Аристотеля, этого способа получения свойств из сущностей представится еще большей, если учесть, что сущности, познание которых имеет в виду Аристотель, в большинстве не простые, а сложные. Задача доказательства — привести к усмотрению, что некоторое свойство принадлежит предмету или некий предикат принадлежит субъекту.

Возможные виды силлогизмов не исчерпываются его научной формой. “…[Всякое] доказательство есть некоторого рода силлогизм, но не всякий силлогизм — доказательство”/1,/. И он выделяет в классе силлогизмов “риторические” и ”диалектические”, вполне корректные по логической связи между посылками и заключениями, но начала их — только вероятные положения, принятые на веру. А в трактате “Топика” /4,/ Аристотель указывает как виды умозаключений силлогизмы “софистические” и “эвристические”. В этих силлогизмах, которые, по сути есть лишь разновидности предшествующих, более обнажен всего лишь вероятный характер положений. Силлогизм, лишенный того, что делает его доказательным, не способен дать знания о необходимой причинной связи.

Для такого знания лучше, если причинная связь интерпретирована в понятиях содержания, например, “смертность принадлежит человеку”. Аристотель часто дает именно такую интерпретацию. Но еще важнее для него интерпретация причинной связи как включения. Это или включение частного в общее, или вида в род посредством выделения видового различия. И в посылках, и в заключении речь идет о свойствах всеобщего, и каждом случае иной оказывается только степень общности. Аристотель неоднократно и настойчиво разъясняет, что не может быть доказательства о единичном как таковом, о чувственно воспринимаемым как таковом, о переходящем как таковом. Доказательство возможно только о всеобщем и хотя бы постоянном. “Если бы общего не было, то не было бы и … никакого доказательства”/2,I/. А в “Метафизике” читаем: “… ясно, что для чувственных вещей ни определения, ни доказательства быть не может”/3/. Уничтожающиеся вещи “перестают быть известными людям, обладающим знанием, когда выйдут из области чувственного восприятия … ни определения, ни доказательства по отношению к этим вещам существовать уже не будет”/3/. Во всех доказательствах, выясняющих принадлежность некоторого свойства, некоторой сущности, причина — всеобщая.

15 стр., 7135 слов

Философия Аристотеля

... философии путем количественного накопления знаний . Тем не менее, он достаточно высоко оценивал свое собственное философствование. Метафизика Аристотеля ... восприятие. Если логический порядок требует дедуктивного доказательства, заключающего от общих начал к ... этика» «Политика», «Риторика», «Поэтика». Скорее всего, некоторые из вышеперечисленных произведений были написаны под руководством Аристотеля ...

Исследование причинного отношения Аристотель считает основной задачей научного знания : “рассмотрение причины, почему есть данная вещь, есть главное в знании”/2/. Для Аристотеля “знать, что есть данная вещь и знать причину того, что она есть, — это одно и тоже”/2/. Именно потому, что силлогизм первой фигуры больше, чем силлогизмы других видов способен обосновывать значение причинных отношений. Аристотель считал первую фигуру наиболее ценным видом умозаключения. “Среди фигур [силлогизма] первая является наиболее подходящей для [приобретения] научного знания, ибо по ней ведут доказательства и математические, как арифметика, геометрия, оптика, и, я сказал бы, все науки, рассматривающие причины, почему [что — нибудь] есть, ибо силлогизм о том, почему [что — нибудь] есть, получается или во всех, или во многих случаях, или больше всего именно по этой фигуре”/2/.Это понятие о причине делает ясной роль среднего термина в умозаключении и доказательстве.

Средний термин есть также понятие, общее двум понятиям, отношение которых рассматривается в силлогизме и доказательстве. Вместе с тем, средний термин выступает в доказательном рассуждении как причина : “Причина того, почему [нечто] есть не это или это, а [некоторая] сущность вообще, или [почему нечто есть] не вообще, но что-то из того, что присуще само по себе или случайно, — [причина всего этого] представляет собой средний термин”/2/. Особенно ясно выступает свойство среднего термина быть причиной в достоверных доказательных умозаключениях. Во всех таких умозаключениях их достоверность — не только достоверность какой-то причины, а именно истинной причины. Очень характерно для Аристотеля, что единичные предметы, термины которых выступают в умозаключении доказательства, рассматриваются сами по себе все же как универсальные. “Ни одна посылка не берется так, чтобы она [относилась только] к тому числу, которые ты знаешь, или только к той прямолинейной [фигуре], которую ты знаешь, но [она] относится ко всякому [числу] или прямолинейной [фигуре]/2/. Даже если для непосредственного созерцания фигура единична, то сама по себе она универсальна.

Доказательство у Аристотеля становится методом науки. Однако Аристотель вводит в учение важное ограничение. Связано это с его убеждением в том, что общность может существовать только между подчиненными одно другому понятиями. Каждая отдельная наука имеет свой особый высший род, но переход от одного рода к другому невозможен. “Нельзя, следовательно, вести доказательство так, чтобы из одного рода переходить в другой … нельзя геометрическое положение доказать при помощи арифметики”/2,I/, “арифметическое доказательство всегда имеет дело с тем родом, относительно которого ведется это доказательство”/2,I/; “[вообще] нельзя доказать посредством одной науки [положения] другой, за исключением тех [случаев], когда [науки] так относятся друг к другу, что одна подчинена другой, каково, например, отношении оптики к геометрии и гармонии к арифметике”/2/. Всякое доказательство опирается на некоторые положения, как на исходные начала.

6 стр., 2621 слов

Платон и Аристотель о человеке и его душе

... правильных форм. 3. Учение Аристотеля о человеке и душе Платон Аристотель человек душа Аристотель понимал душу, как движущее начало, но утверждал что сама душа не может двигаться. Аристотель различал четыре вида ... и на эти вопросы. Яркую и содержательную страницу в истории развития знаний и представлений о человеке, общественных формах его бытия вписала философия античности. Платон, Аристотель ...

Иногда начала выводятся из некоторых предшествующих им начал посредством нового доказательства. Однако этот процесс не может идти до бесконечности. Согласно выражению Аристотеля, “по направлению вверх” идут и относящиеся к сущности и случайные признаки, “однако и то, и другое не бесконечно. Следовательно, должно быть нечто, чему что-то предписывается первично … и здесь должен быть предел, должно быть нечто, что больше не предписывается другому предшествующему и чему другое предшествующее больше не приписывается”/2/.

Аристотель различает три вида недоказуемых начал : 1.аксиомы; 2. предположения; 3. постулаты. Аксиомы — положения, обусловливающие возможность какого бы то ни было знания либо в науке, либо в группе взаимозависимых наук. Пример аксиомы для всех наук — начало или закон противоречия. Начало — это не гипотеза, а то, что необходимо знать человеку, если он познает хоть что-нибудь. Аксиомы имеют силу для всего существующего, а не специально для одного какого-либо рода.

Предположениями Аристотель называет положения, которые сами по себе доказуемы, но в пределах данного научного рассуждения принимаются без доказательства: “ все то, что хотя и доказуемо, но сам [доказывающий] принимает, не доказывая, и учащемуся это кажется [правильным], — это есть предположение”/2,I/. Предположение не безусловно и имеет значение лишь для того, для кого оно сформулировано и выдвинуто. Функция предположений в суждении — в обосновании заключений: “[предположения] — это [суждения], при наличии которых получается заключение благодаря тому, что они есть”/2/. Постулатами (“требованиями”) Аристотель называет положения, которые принимаются в пределах данного научного рассуждения, но принимаются или при полном отсутствии у исследователя мнения по поводу исследуемого объекта, или даже при наличии несогласия учащегося, исследователя с постулируемым положением. “Если принимают [что-то], в то время, как [учащийся] не имеет никакого мнения [об этом] или имеет мнение, противное [этому], то постулирует это”/2/.

2.4. Научная база логики Аристотеля.

Во всех сочинениях Аристотеля, посвященных вопросам логики, рассматриваются обобщенные и, в известной мере, формализованные виды умозаключения и доказательства. Но логика Аристотеля возникла не в безвоздушном пространстве логических абстракций. Она возникла как попытка логического исследования тех форм и видов логического мышления, которые действуют в умозаключениях и доказательствах науки.

7 стр., 3171 слов

Аристотель. Его жизнь, научная и философская деятельность

... должна быть жизнь человека, умственная деятельность которого предназначена служить потомству и отдаленным векам. Жизнь Аристотеля служит живым выражением нравственного идеала, заключающегося в его этике. Аристотель жил среди людей настолько, что ... что раньше посеял. Так поступил и сам Аристотель; большая часть его сочинений написана в Афинах в последние тринадцать лет его жизни. Это был такой труд, ...

Логика не предписывает науке ничего, что не было бы выведено из бытующих в самой науке форм, методов. Для Аристотеля такой подход для нахождения форм логического мышления естествен: ведь сам Аристотель был не только крупнейшим философом своего века, но и его крупнейшим ученым широкого творческого охвата.

Именно эта широта и “универсальность” выдвигает важный вопрос: на каких именно науках основывался Аристотель в своих логических исследованиях? Из каких научных форм умозаключения и доказательства, из каких наук черпал он образцы, обобщением и формализацией которых оказались выведенные и объясненные Аристотелем логические формы мышления? В философской /5/ литературе выдвигалось предположение, что научной базой логики Аристотеля были его наблюдения и исследования, посвященные вопросам морфологии и физиологии животных.

По — видимому, именно биология, в частности зоология, представляла в глазах Аристотеля пример систематики, классификации предметов на роды и виды. Различение биологического рода и вида, выступающее в биологической классификации, в логическом плане основывается на операции определения, на которой, в свою очередь, основывается в том же логическом плане доказательство. И все же имеются серьезные доказательства о том, что основой для Аристотеля оказалась не столько современная ему биология, сколько математика. Известно, что в логических сочинениях Аристотеля почти все иллюстрации, необходимые для обоснования и разъяснения логики, почерпнуты из геометрии. И действительно, предметы математики, по Аристотелю, имеют несомненное преимущество по сравнению с органическими существами, известными из опыта. Объекты математики — результат абстракций от чувственных предметов опыта.

Согласно Аристотелю, ”предметом [изучения] математических наук являются понятия, а не какая-либо [материальная] основа. Ибо если геометрия и рассматривает некоторую [материальную] основу, то не как таковую”/2/. А в другом месте он добавляет, что наука, “не имеющая дело с материальной основой, точнее и выше науки, имеющей с ней дело, как арифметика по сравнению с гармонией”/2/. Правда, основа этой науки и ее понятий — физическая реальность. Однако, непосредственная реальность математических объектов для науки, как ее понимает Аристотель, уже не в их физической, а только, так сказать, в их логической материи: это умопостигаемые, а не чувственно постигаемые единства рода и видоопределяющего признака. В связи с этим математические объекты, в известном отношении, Аристотель ставит ниже, чем собственно “формы”, именно потому, что предметы математики — только абстракции и обладают индивидуальностью не в самой действительности, а только в мысли. Но, признавая умопостигаемую реальность объектов математики, благодаря которой математическое рассуждение — естественный “материал”, в котором раскрывается природа логических операций и форм, Аристотель борется против платоновского взгляда на математику. Аристотель осуждает учение Платона о срединном положении математики между умопостигаемым миром “идей” и чувственно воспринимаемым миром вещей. Математика становится для Платона средством или орудием знания. Напротив, для Аристотеля математика — не “органон”, не орудие знания, а само знание в его явлении или обнаружении. Для Аристотеля “органон” знания — не математика, а “аналитика”, т.е. логика.

12 стр., 5969 слов

Наука и гуманизм: философско-методологические аспекты

... взор на ноосферное сознание, на углубление и расширение знаний и нравственных норм во всех сферах жизнедеятельности человека. гуманизм наука этика диалектика Наука на протяжении многих лет, главным образом, ... влияют на отношения с окружающей средой и качество жизни. Но развитие науки создает и новые проблемы, которые требуют внимательного рассмотрения и осмысления. Проникая в тайны космоса, ...

3 Этика Аристотеля

3.1 Этические сочинения Аристотеля

С именем Аристотеля связываются три сочинения по этике: “Никомахова этика”, “Евдемова этика” и “Большая этика”. Вопрос о принадлежности этих сочинений Аристотелю все еще является предметом дискуссий. В настоящее время подлинным трактатом признается лишь “Никомахова этика”. Относительно “Евдемовой этики” мнения расходятся: одни исследователи считают автором произведения Евдема Родосского, ученика Аристотеля, другие считают, что он лишь редактировал рукопись своего учителя после его смерти. Судя по содержанию, автором “Большой этики” является один из учеников Аристотеля, имя которого осталось неизвестным. Вероятно мнение, согласно которому этические сочинения Аристотеля отредактированы после его смерти сыновьями, Никомахом и Евдемом.

Представляет трудности вопрос о хронологической последовательности входящих в трактаты ”книг”. Исследователи (В. Йегер) полагают, что “Никомахова этика”, а также некоторые части “Метафизики” и “Политики” были написаны Аристотелем в последний период его жизни и деятельности, т.е. с 336 по 322 г. до н.э.

В это время он подвергает критике теорию идей Платона и развивает учение о форме и материи, изложенное в ранних частях “Метафизики”, а также формирует идею о единстве души и тела. Он выдвигает теорию, согласно которой взаимоотношения души и тела аналогично отношению формы и материи, когда придает смысл и цель жизни.

Основой этики Аристотеля служит психология. Этика изучает индивидуальное поведение человека, его политику, является по преимуществу социально — политической этикой, т.е. областью знаний, исследующей нравственные задачи гражданина и государства, вопросы воспитания хороших граждан и заботы об общем благе.

Этика Аристотеля занимает среднее положение между его психологией и политикой.

3.2 Значение этики для Аристотеля

К числу заслуг Аристотеля относятся определение и классификация наук, видов знания. Он разделил науки на три большие группы: теоретические (умозрительные”), практические (производительные) и творческие (созидательные).

К первым Стагирит отнес философию, математику и физику; ко вторым — этику и политику, а к третьим — искусство, ремесла и прикладные науки.

Философия — наиболее умозрительная из наук; она исследует то, что наиболее достойно познания — “первоначала и причины, ибо через них и на их основе познается все остальное” 3 . По Аристотелю, наука ценнее тем, чем более она созерцательна. “Созерцательная жизнь” — это жизнь, чуждая корыстолюбивых расчетов и выгод, это высшая форма жизни. Она посвящена познанию, поиску истины, т.е. представляет собой высший вид духовно-творческой деятельности. Лишь в процессе этой деятельности человек может приблизиться к безмятежному счастью, к чистому блаженству, которое доступно лишь богам. Для античных мыслителей познанием является отношение человека к миру, отношение микрокосмоса к макрокосмосу, установление связи с первоначалом. Познание всеобщего означает нахождение за многообразием вещей и явлений их общего принципа, главенствующего начала.

Аристотель — сын своего века и народа. Он “прирожденный” интеллектуалист. Для него разум составляет основу познавательной и всякой иной деятельности человека и его отличительный признак. Аристотель считал, что разум составляет истинную сущность человека, отличительный признак его жизни и индивидуальности. Люди, имеющие опыт и навыки в производственной практике преуспевают больше, чем те, кто обладает чисто теоретическими знаниями в этой же области, но последних почитают больше, чем первых, подобно тому как “мы и наставников в каждом деле почитаем больше, полагая, что они больше знают, чем ремесленники, и мудрее их, так как они знают причины того, что создается”. Аристотель приходит к выводу о том, что знание тем ценнее, чем более оно теоретично и не связано с получением выгоды. Поэтому “умозрительные “науки выше созидающих, а теоретическая деятельность выше практической, например, политической.

7 стр., 3368 слов

Личность учёного и этика науки

... личность, не говоря о высоком интеллектуальном потенциале и желании посветить себя научным изысканиям. Мотивы занятия наукой Что же всё-таки заставляет человека становиться учёным? Аристотель, ... и счастливейшие годы нашей жизни, ... этика: честность перед самим собой; контакт с природой: наблюдательность, технические навыки; контакт с людьми: понимание себя и других, совместимость с окружающими людьми, ...

Античная наука ориентирована не на овладение силами природы, т.е. не на использование знаний в практических целях, а на познание всеобщего мирового строя вещей, на осмысление общественных отношений, на воспитание граждан и регулирование их взаимоотношений и поведения, на достижение этического идеала. Во вторую очередь наука исследует этические и политические проблемы, и лишь в третью очередь она занимается проблемами искусства, ремесла и прикладных наук. Слово “практика” используется у Аристотеля в широком смысле, а не узко — как деятельность по получению материальных выгод.

В древности “этика” (“учение о нравственности”) означала жизненную мудрость, “практические» знания относительно того, что такое счастью и каковы средства для его достижения. Этика — это учение о нравственности, о привитии человеку деятельно—волевых, душевных качеств, необходимых ему в первую очередь в общественной жизни, а затем и личной. Она учит практическим правилам поведения и образу жизни отдельного человека. Но Аристотель не мыслит отдельного гражданина вне общества. Для него человек — существо общественно- политическое. Этика Аристотеля тесно связана с его политикой, с учением о сущности и задачах государства.

Но являются ли нравственность, этика и политика, а также искусство, науками? Можно ли считать учение соблюдать правильные нормы поведения и вести нравственный образ жизни наукой? Согласно Аристотелю, “всякое рассуждение направлено либо на деятельность или на творчество, либо на умозрительное…” /3/ . Это значит, что через мышление человек делает правильный выбор в своих действиях и поступках, стремясь добиться счастья, воплотить в жизнь этический идеал. То же самое можно сказать относительно произведений искусства. Мастер вопрошает в своем произведении идеал красоты сообразно своему пониманию. Значит, практическая сфера жизни и различные виды производительной деятельности невозможны без мышления. Поэтому они входят в сферу науки, но это не науки в строгом смысле слова. Практическая наука занимается получением знания для реализации идеала (поведение человека или производство продукта).

В области “Практических” наук цель мышления не познание, но поступки и деятельность. Ведь не достаточно знать добродетель, нужно и поступать соответственно, т.е. осуществлять ее, стать добродетельным человеком. Аристотель пишет, что творчество и поступки не одно и то же. Поступки нераздельно связаны с человеком, с его деятельностью, со свободным выбором, с общими нравственными и правовыми нормами граждан общества, а творчество направлено на создание произведений искусства, которые оцениваются только по своим достоинствам, независимо от поступков человека.

Нравственная деятельность направлена на самого человека, на развитие заложенных в нем способностей, особенно его духовно-нравственных сил, на совершенствование его жизни, на реализацию смысла своей жизни и назначения. В сфере “деятельности”, связанной со свободой воли, человек “выбирает” личности, сообразующей свое поведение и образ жизни с нравственным идеалом, с представлениями и понятиями о добре и зле, должном и сущем.

Этим Аристотель определил предмет науки, названной им этикой.

3.3 Ученик против учителя

Можно сказать, что в этике Аристотель, более чем в других частях своего философского учения (например, в “метафизике”), расходится с Платоном. Именно в “Никомаховой этике” содержится известное высказывание, которому по традиции придан характер поговорки: “Платон мне — друг, но истина дороже”.

Отделив идеальное от материального, Платон создал теорию самостоятельного существования мира идей и “блага самого по себе”, которое рождает другие блага — почет, богатство и т.п.

У Аристотеля же мы видим, что идеальное не существует и не может существовать помимо материального, т.е. блага как такового не существует, а оно определяется разными категориями: качеством, количеством, соотношением и т.п. Аристотель отмечает, что нет науки о благе как таковом, но имеются различные науки, изучающие блага в той или иной сфере жизни. Если речь идет о войне, то благо определяется стратегией, если о болезни — врачеванием. Аристотель, как и Платон, усматривает высшее благо не в чувственных удовольствиях и материальных благах, а в духовном удовлетворении, в том душевном состоянии, которое возникает от чувства исполненного долга, осуществления человеком своего назначения. Аристотель и Платон сходятся в том, что назначение человека заключается в самосовершенствовании, самоутверждении своей личности как духовного существа. Аристотель согласен с Платоном также в вопросе о необходимости господства разума над чувственностью и вожделением человека. Но далее идут заметные расхождения между Аристотелем и его учителем.

Платон считал тело темницей души, а чувственные влечения — цепями, сковывающими душу. Они отклоняют человека от его истинного назначения и увлекают ко всему низменному и порочному. Избавившись от вожделений и страстей, с помощью разума человек освобождается от этого мира и устремляется к высшей действительности. Значит, свобода человека, по Платону, сводится к господству разума над чувственными влечениями, к свободе от материальной действительности.

Аристотель же считал чувственные влечения, и страсти свойствами неразумной части души человека. Для господства разума над чувственностью необходимо не отречение, не средство избавления от мира, а условие для правильного выбора человеком своего назначения, целесообразного образа жизни и поступков. Совершенствование человека должно происходить через познавательную деятельность, активное отношение к действительности и обретение власти над вожделениями и страстями.

Аристотель критикует известный тезис Сократа “Никто не делает зла по своей воле” — тезис, разделяемый Платоном. Аристотель считает, что если следовать этому тезису, то человек не властен над собой и не несет ответственности за свои поступки. Но, например, “пьяных считают виновными вдвойне”, т.к. во власти человека “не напиться”/ 8/. Значит, человек способен обладать положительными нравственными качествами и потому ответствен за совершенные действия.

Аристотель критикует Сократа (и Платона) за недооценку воли человека. Познание того, что есть добро и что зло, не обязательно сопровождается желанием поступать хорошо. Требуется еще моральная устойчивость, нравственна принципиальность, волевая убежденность. “Надо, чтобы заранее был в наличии нрав, как бы подходящий для добродетели, любящий прекрасное и отвергающий постыдное”/8/ .

Аристотель приходит к выводу о практической бесполезности идеи блага, ее не применить на практике. “В тоже время невозможно представить себе, какая польза будет ткачу или плотнику для их искусства, если они знают это самое благо (само по себе), или каким образом благодаря уразумению (tetheamtnos) этой идеи врач станет в каком-то смысле лучшим врачом, а военачальник — лучшим военачальником. Ведь очевидно, что врач рассматривает здоровье не так, (т.е. не вообще), а с точки зрения здоровья человека и, скорее даже, здоровья “вот этого” человека, ибо он врачует каждого в отдельности”. То есть платоновская идея блага нереальна и недоступна человеку.

По убеждению Платона, одно из главных препятствий для реализации “идеального государства” состоит в преобладании у граждан личных интересов над общественным. Так как личные интересы и эгоистические чувства разъединяют людей и сеют вражду между ними. Платон предлагает такие меры, как общность жен и детей, упразднение частной собственности и т.п. Аристотель считал, что меры, предлагаемые Платоном, могут привести к противоположным результатам. Так, Аристотель утверждает, что общность жен и имущества сделает невозможность и благородная щедрость. “Люди заботятся всего более о том, что принадлежит лично им; менее заботятся в той мере, в какой это касается каждого”/9/ . Аристотель приходит к выводу о необходимости сохранения формы собственности. “Лучше, чтобы собственность была частной, а пользование ею — общим. Подготовить же к этому граждан — дело законодателя” /9/ .

Рассматривая вопросы о дружбе, себялюбии и эгоизме в восьмой и девятой книгах “Никомаховой этики”, Аристотель высказывает мысль о том, что человек с умеренным чувством любви к себе будет руководствоваться разумом, справедливостью, стремиться к воздержанности и благородным поступкам (например, во имя друзей и отечества от может отказаться от имущества и принести в жертву свою жизнь, если в этом возникнет надобность. Философ приходит к выводу, что нельзя создавать чрезмерное единство в государстве, единомыслие граждан. “Дело в том, что следует требовать относительного, а не абсолютного единства, как семьи, так и государства. Если это единство зайдет слишком далеко, то и само государство будет уничтожено; если даже этого и не случится, все-таки государство на пути к своему уничтожению станет государством худшим, все равно как если бы кто симфонию заменил унисоном или ритм одним тактом…” /9/ . В расхождениях между Платоном и Аристотелем отразилось одно из основных противоречий, лежащее в основе европейской культуры, — противоречие между идеалом и действительностью, между должным и сущным.

3.4 Добродетель

Аристотель, рассмотрев этику в плане человеческой (а не божественной) воли, сделал человека ответственным за свою судьбу и благополучие. Этим он отверг религиозно — мифологическую концепцию, согласно которой благодействие или несчастье человека определяется капризами судьбы. Аристотель исключил также благочестие из числа исследуемых добродетелей. Философ ничего не говорит о роли богов в нравственной жизни людей, в его этике полностью отсутствует религиозность. Аристотель исследует этические проблемы, чтобы помощь людям стать лучше и сделать общество более совершенным. В противоположность Сократу, Аристотель (впервые в истории этики) связывает этическую добродетель с желанием, хотением, волей, считая, что, хотя нравственность и зависит от знаний, тем не менее, она коренится в доброй воле: ведь одно дело знать, что хорошо и что плохо, а другое — хотеть следовать хорошему. Добродетели не качества разума, они составляют склад души. Поэтому Аристотель различает диапоэтические (мыслительные) добродетели, связанные деятельностью разума, и этические — добродетели душевного склада, характера. И те и другие добродетели не даны нам от природы, нам можно приобрести их. Этическая добродетель есть нахождение надлежащей середины в поведении и в чувствах, выбор середины между их избытком и недостатком. Как определить надлежащую середину для каждого из нас? По Аристотелю, для этого необходимо либо обладать практической мудростью, рассудительностью, либо следовать примеру или наставлениям добродетельного человека.

Добродетели Аристотель разделил, как уже было сказано, на два вида. Диалоэтические (мыслительные или интеллектуальные) и этические (нравственные).

К первым относятся две — разумность, или мудрость, и рассудительность, практическая мудрость, приобретенная путем обучения. Вторые — добродетели воли, характера; к ним относятся мужество, щедрость, нравственность и т.п. Последние вырабатываются путем воспитания привычек.

Чтобы стать добродетельным человеком, помимо знания, что есть добро и зло, требуется также время для воспитания характера. Один хороший поступок еще не ведет к добродетели. Естественно, воспитание лучше всего начинать с детского возраста. Поэтому в сфере воспитания граждан Аристотель отводит большую роль законодательству и государству.

Говоря о “середине” как отличительном признании добродетели, Аристотель имеет в виду “среднее” в области чувств. “Середина” — это “ничего слишком”. Стагирит подробно исследует с этой точки зрения добродетели, противопоставляя их порокам. Так, великодушию он противопоставляет тщеславие (“избыток”), с одной стороны, малодушие (“недостаток”) — с другой. Великодушие, следовательно, есть “середина”. Мужество — среднее между безрассудной отвагой и трусостью, щедростью, щедрость — между расточительством и скупостью, скромность — между бесстыдством, наглостью и застенчивостью, робостью. Поскольку нравственное действие опирается на разум, оно подразумевает свободный выбор между добром и злом. “В нашей власти добродетель, точно так же как и порок, ибо мы властны, действовать во всех тех случаях, когда мы властны, воздержаться от действия” /8/. Введя понятие свободного выбора, Аристотель открывает первую страницу длительного спора о свободной воле.

Заключение.

Деятельность Аристотеля принадлежит как истории философии, так и истории науки.

Аристотель — автор оригинальной, чрезвычайно тщательно разработанной логической системы, оказавшей огромное влияние на развитие логической науки. Великая заслуга Аристотеля состоит в том, что он впервые сделал приемы рассуждения предметом научных изысканий, именно приемы рассуждения как целостные образования, а не только те или иные компоненты рассуждения. Все, что было сделано в логике до Аристотеля — это было всего лишь подходами, попытками уяснить отдельные методы и принципы, без какой-либо их систематизации и объединения в единую стройную систему.

Непреходящей заслугой Аристотеля остается создание науки, названной им этикой. Впервые среди греческих мыслителей он основой нравственности сделал волю. Аристотель рассматривал свободное от материи мышление как верховное начало в мире — божество. Хотя человек никогда не достигнет уровня божественной жизни, но, насколько это в его силах, он должен стремиться к нему как к идеалу. Утверждение этого идеала позволило Аристотелю создать, с одной стороны, реалистическую этику, основанную на сущем, т.е. на нормах и принципах, взятых из самой жизни, какова она есть в действительности, а с другой — этику, не лишенную идеала.

Список использованных источников

[Электронный ресурс]//URL: https://psychoexpert.ru/referat/logika-i-etika-aristotelya/

1. Аристотель. Первая Аналитика //Собрание сочинений, М., ”Мысль” — 1978 г., т. 2

2. Аристотель. Вторая Аналитика //Собрание сочинений, М., ”Мысль” — 1978 г., т. 2

3. Аристотель. Метафизика //Собрание сочинений, М. ”Мысль” — 1978 г., т. 1

4. Аристотель. Топика //Собрание сочинений, М., ”Мысль” — 1978 г., т. 2

5. Аристотель. О софистических опровержениях //Собрание сочинений, М., ”Мысль” — 1978 г., т. 2, с.533 — 593.

6. В.Ф. Асмус Античная философия // М., Высшая школа, 1976 г., 543с.

7. Лукасевич Аристотелевская силлогвистика с точки зрения современной формальной логики.

8. Аристотель. Никомахова этика//Собрание сочинений, М., ”Мысль”- 1978 г., т. 2.

9. Аристотель. Политика//Собрание сочинений, М., ”Мысль” — 1978 г., т. 1.