Психология интуиции

Введение

Постановка и обоснование проблемы

Вопрос о гносеологической природе интуиции — один из наименее разработанных. Чисто гносеологический анализ его всегда вызывал у исследователей вполне обоснованное скептическое отношение. К сожалению, он относится к разряду тех, которых чаще всего только «касаются» или осторожно именуют «к вопросу о…». Причины вполне понятны: слишком долго проблема интуиции была покрыта мистическим покрывалом «всепроникающей», «всемогущей», «всезаслоняющей» способности человеческого сознания.

Открытие нового! Вот к чему стремится любой начинающий и многоопытный исследователь. «Все, что мы называем изобретением или открытием в высшем смысле, есть из ряда вон выходящее проявление, осуществление оригинального чувства истины, которое давно, развившись в тиши, неожиданно, с быстротой молнии ведет к плодотворному познанию» Гете В. Избр. философские произведения. М., 1964, с. 326..

Но сам процесс, приведший к открытию, иногда долгожданному, а подчас и совсем неожиданному, как правило, не осознается. Мы можем о нем судить только по результату. И так уж повелось, что по большей части все неожиданное и невероятное, внезапное и непосредственное, ускоренное и скачкообразное, нечто ни чувственное, ни логическое объявляется интуицией.

Проведенный выше историко-философский и психологический анализ проблемы свидетельствуют о том, что интуицию следует рассматривать как специфический способ познания, который не является ни чувственным, ни логическим. Вопрос о том, к какому уровню познания можно отнести интуицию, как определить ее место в процессе научного познания, с полным правом передается в область гносеологии.

Интуиция, если собрать все высказывания о ней, оказывается поистине вездесущей: она дает направления исследованиям, формирует наглядные мысленные модели объектов, истолковывает эмпирические данные, конструирует фундаментальные понятия и общие принципы теории, вырабатывает гипотезы, стимулирует выбор эффективных приемов и методов исследовании. Короче, трудно назвать какой-либо познавательный процесс, ведущий к новым научным результатам, который сами деятели науки связывали бы с интуицией.

Как известно в мире происходит постоянный рост числа людей, занятых в области науки, в том числе и их доля в составе населения. Таким образом, научно-исследовательская работа быстро превращается в массовую специальность и проблема научного открытия, рождения новых идей становится все более актуальной.

4 стр., 1852 слов

Понятие «научная школа» и проблема финансирования науки

... и приобрела актуальное значение проблема идентификации научных школ. Среди причин, стимулирующих исследование этой проблемы, отмечаются следующие [1"|: многолетнее существование научных школ доказало эффективное воздействие их ... убедиться, что под все перечисленные признаки вполне подходит как организованная группа научных шарлатанов (вспомним "школу академика Т.Д.Лысенко"), так и просто воровская ...

Особенно актуальна проблема научного творчества и интуиции, как главного его инструмента, в нашей стране. Неправомерное подчеркивание в нашем обществе таких понятий, как класс, народ, массы на протяжении многих десятилетий привело к понижению возможностей личного творчества. Подобное подавление индивидуальности неизбежно способствует снижению творческой инициативы у человека, утрате им чувства собственного достоинства. Поэтому сейчас необходимо изменить устаревшие представления о творчестве, трактуя его не только, как особого рода деятельность, но и как проявление полноценности жизни, адекватного отношения к себе и к миру. Следует учитывать недостатки сложившейся системы образования. Не секрет, что в вузах готовят много технически грамотных работников и значительно меньше талантливых, оригинально мыслящих специалистов. Наибольшее внимание уделяется насыщению студентов специальными знаниями, но не развитию общего творческого потенциала личности.

Кроме того, механизм интуиции имеет достаточно общий характер, т.е. присутствует практически во всех сферах человеческой деятельности. Интуитивные компоненты обнаруживаются во многих профессиях и разнообразных жизненных ситуациях. Прежде всего, это практически все художественное творчество. В юриспруденции от судьи требуется знать не только «букву» но и «дух» закона. В филологии интуиция важна для развития «языкового чувства». Очень часто интуиция проявляется в медицине, когда врач может точно поставить диагноз «с первого взгляда», затрудняясь объяснить свое решение. Нередко интуиция оказывается спасительницей для работников «скоростных профессий».

Таким образом, в жизни каждого человека, независимо от его профессии, встречаются ситуации, когда при недостатке информации и времени для принятия ответственного решения, срабатывают интуитивные механизмы.

1. Познавательная роль интуиции и ее формы

Интуиция чаще всего использовалась как средство для обоснования различных философских систем идеалистического толка, причем в каждом конкретном случае содержание, вкладываемое в это понятие, приобретало различный смысл. Проблема интуиции — стыковая проблема, ставшая предметом изучения таких наук, как философия, психология, физиология высшей нервной деятельности и других. Отсюда — различные подходы к разработке проблемы и многочисленные значения понятия «интуиция». Долгое время фактической монополией на интуицию обладал иррационализм, объявляя ее таинственным, сверхъестественным способом постижения истины, не поддающимся никакому рациональному разрешению. Факты, связанные с деятельностью интуиции, действительно «настолько пестры и разнообразны, что можно впасть в отчаяние при попытке дать им материалистическое толкование и подвести их под какое-то общее правило, выявить хоть какой-то общий принцип и закон, которому все они подчиняются» Ильенков Э. Об эстетической природе фантазии. — В кн.: Вопросы эстетики. М., 1964, с, 69..

Многозначность термина «интуиция» связана не только со сложностью самого предмета изучения, но и в определенной мере с тем, что «сам-то предмет долгое время был кормушкой шарлатанов. Забраться в этот заповедник осмелятся только те из ученых, чья любознательность перевешивает беспокойство о поддержании своей репутации» Бунге М. Интуиция и наука. М., 1967, с. 124..

4 стр., 1921 слов

Характер процесса познания

... диалектического взаимодействия части и целого имеет важное значение в процессе познания. При этом необходимо учитывать: 1) неправильность сведения целого к ... диалектики творческого диалога. Формирование диалектики прошло долгий путь. Среди исторических форм диалектики выделяют диалектику древних философов, идеалистическую диалектику классической немецкой философии и материалистическую диалектику. ...

В итоге теорий интуиции столько, сколько существует различных гносеологических направлений. Ими особенно богата история философской мысли человечества. Представители самых различных, не связанных между собой, областей знания, пытаясь проанализировать механизмы своего творческого процесса, неоднократно указывали на огромную эвристическую роль интуиции в нем. При этом сколько ученых — столько мнений и определений. Естественно, невозможно привести здесь все имеющиеся на этот счет высказывания. Да и вряд ли такая попытка могла бы быть плодотворной. Нам представляется, что те исследователи, которые считают возможным рассматривать интуицию только по результатам ее действия, по высказываниям, воспоминаниям, описаниям ученых, оставляя в стороне вопрос о ее природе, об объективных причинах, порождающих ее, в конечном счете окажутся в тупике. Если анализ интуиции ведется только по конечным продуктам творческой деятельности ученого, то это как раз и дает мнимые основания для приписывания ей исключительных «феноменальных» свойств.

Как бы ни был длинен перечень причин, приведших к имеющейся путанице, а также перечень самих определений, в итоге мы все равно придем к тому, что главная причина кроется в характеристике гносеологических корней идеализма. Как писал В.И. Ленин: «философский идеализм есть одностороннее, преувеличенное… развитие (раздувание, распухание) одной из черточек, сторон, граней познания в абсолют, оторванный от материи, от природы, обожествленный.». Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 38, с. 322.

В такой «абсолют» и была возведена на долгие времена интуиция. Вырванный из общей системы познавательного процесса, исследуемый без учета закономерностей познания, феномен интуиции был превращен в орудие обоснования идеализма и мистики. Постепенно в результате ожесточенной борьбы с идеализмом диалектический материализм утвердил качественно новый взгляд на интуицию уже как на форму познавательного процесса.

Широко распространено в современной философской литературе представление об интуиции как специфической форме познавательного процесса, характеризующейся неосознанностью, непосредственностью, внезапностью (В.Ф. Асмус, А.А. Налчаджян, Я.А. Пономарев).

Перечисленные характеристики, несомненно, важны при выявлении природы интуиции, однако они не являются ни специфическими, ни исчерпывающими. И если мы попытаемся только по перечисленным свойствам определить, что такое интуиция, то неминуемо впадем в противоречие. Возьмем любую форму чувственного познания, например восприятие. Разве так уж невероятно, что оно может быть непосредственно, внезапно и одновременно неосознанно? Следовательно, эти особенности характерны не только для интуиции и потому не могут быть достаточными при попытке дать ей определение.

Есть и более конструктивные определения, вскрывающие некоторые специфические особенности, присущие только интуиции. Это взгляд на интуицию как на способность формирования наглядных представлений объектов, не воспринимаемых непосредственным наблюдением (В.П. Бранский, Луи де Бройль).

Интуицию рассматривают и как специфический метод познания, заключающийся в «перескакивании» через определенные этапы логического рассуждения, благодаря чему возникает иллюзия прямого непосредственного усмотрения искомого вывода (И.Б. Михайлова).

14 стр., 6720 слов

Познание в философии

... философии, в котором изучаются такие проблемы как природа познания, его возможности и границы, отношение знания и реальности, субъекта и объекта познания, истины и заблуждения, условия достоверности знания, формы и уровни познания, его социокультурные факторы и ... фантазия, интуиция, социокультурные предпосылки, индивидуальный и коллективный жизненный опыт и т. п. Кроме того, общая теория познания (« ...

Интуиция — это и особая проницательная способность «поставить проблему», предсказывать результат исследования (С.И. Вавилов).

Наряду с этим, интуиция — это форма человеческого познания, выражающаяся в специфическом сочетании чувственного и рационального моментов (П.В. Копнин).

Иными словами, интуиция объявляется специфическим способом взаимодействия чувственного и логического познания (А. Эйнштейн).

Большие возможности интуитивного постижения истины, приводящие нередко к феноменальным результатам, дают основания рассматривать интуицию как способность к неограниченной богатой фантазии, точнее говоря, к способности вырабатывать «сумасшедшие идеи» (Д.И. Блохинцев).

Несмотря на то что работы названных авторов не посвящены специально разработке проблемы интуиции, тем не менее именно им удалось на основании конкретного эмпирического материала выявить важные моменты, во многом проясняющие гносеологическую природу этого явления. Опираясь на перечисленные определения, попробуем провести специальный гносеологический анализ интуиции как формы познавательного процесса.

Ряд трудностей в исследовании проблемы интуиции, как уже отмечалось, связан с тем, что неосознанно могут протекать и другие формы человеческого познания, причем как чувственного (ощущение, восприятие, представление), так и рационального (сравнение, анализ, синтез, абстракция, конкретизация, а соответственно, и неосознанное получение новых понятий, суждений и новых умозаключений).

По-видимому, действие интуиции связано не только с неосознанностью известных форм познавательной деятельности человека, но и с процессом получения определенного рода новизны.

Интуиция, так же как и иные формы познания, осуществляется неосознанно и не является автономным способом познания, «идущего в обход ощущению, представлению и мышлению». Иными словами, интуиция существует только в теснейшей диалектической взаимосвязи с известными формами познания, выполняя при этом немаловажную функцию их ускоренного протекания. Однако все это не дает возможности раскрыть собственную гносеологическую природу интуиции. Интуиция не является бессознательным процессом, хотя она основана на неосознанном отражении. И единственное ее отличие от других форм познания, которое пока мы могли бы назвать, это то, что интуиция — всегда неосознанный процесс, хотя в тенденции стремящийся к осознанию.

Взаимосвязь интуиции с различными формами познания по существу не привносит ничего нового в гносеологический анализ. Видимо, надо попытаться более подробно остановиться на вопросе об источнике действия интуиции. Ведь раз такая форма познания существует, а об этом, как известно, свидетельствует вся история науки, значит, существует и объективный источник, обеспечивающий ее действие.

В далекие времена первобытный человек, отнюдь не вооруженный знаниями действительности, неосознанно выбирает и оценивает, а впоследствии и использует более существенные свойства и качества, присущие данному конкретному объекту. Огромное количество информации поступает при этом в мозг. И чем дальше развивается человечество, чем больше знаний оно приобретает в своей предметно-практической деятельности, тем сильнее возрастает поток информации.

Большая часть полученной информации остается неиспользованной, но на долго запечатлевается в нашем мозгу в виде ассоциативных связей. «Из всей суммы имеющихся знаний в каждый данный момент в фокусе сознания светится лишь небольшая их доля. О некоторых хранящихся в мозгу сведениях люди даже не подозревают.

13 стр., 6401 слов

Место интуиции в философии

... В психологии интуиция означает способность сознания непосредственно постигать предмет познания без опосредствующего влияния знаково-символического и доказательно-логического инструментария. Традиционно интуиция, противополагается дискурсу, тоесть выводному, доказательно-опосредствованному пути получения знания. Жесткое разведение интуиции ...

В регулировании поведения человека играют немаловажную роль многие впечатления, полученные в раннем детстве и прочно осевшие в глубинах неосознанной психики» Спиркин А. Г. Сознание и самосознание. М., 1972, с. 188..

Запас приобретенных знаний создает неограниченный резерв человеческого познания. В результате этого источник интуитивного познания выступает в форме скрытого от самого субъекта, но уже имеющегося у него знания. Назовем его криптогноза (от греч. kryptos — тайный, скрытый и gnosis — знание).

По-видимому, именно в поле криптогнозы, являющейся результатом неосознанного отражения, скрыта гносеологическая природа интуиции. Под криптогнозой имеется в виду временно неосознаваемое знание, полученное от непосредственного взаимодействия человека с объективным миром, включающее в себя весь предшествующий опыт субъекта, но не используемый им ранее. Эта скрытая область есть не что иное, как объективный источник неисчерпаемых возможностей человеческого сознания.

В результате взаимодействия с объективным миром, человек получает не только необходимые ему в данный момент знания об объективной реальности, но и некоторый дополнительный объем информации, к которому он обращается впоследствии и который обусловливает возможность в процессе научного творчества успешно опираться на предсказания, предвидения, прогнозы, обращаться к таким методам современного физического исследования, как аналогия и гипотеза. Нередко из арсенала криптогнозы извлекаются данные, относящиеся к областям знания, не имеющим прямого непосредственного отношения к предмету исследования. Криптогноза — это своего рода зашифрованное знание. А ключ от него — в интуиции.

Объем криптогнозы определяется двумя факторами: 1. Общей суммой знаний, приобретенных человечеством на данном этапе исторической практики. 2. Суммой знаний, которой располагает тот или иной ученый.

Только на основе этих факторов возможно накопление криптогнозы. Она отличается от наличного знания тем, что его накопление и использование происходят посредством неосознанных и интуитивных процессов.

Иными словами, то, что мы относим к криптогнозе, — это скрытые от ученого возможности его познавательных функций, это часть знаний и сведений об окружающем мире, о наличии которых сам он до определенного момента и не подозревает. Образно говоря, мы никогда не можем знать всего того, что знаем. Человек не в состоянии определить объем знаний, запечатленных в тайниках его сознания в результате взаимодействия с объективным миром. Отсюда и столь неограниченные, порой фантастические возможности нашей интуиции.

Введенное понятие криптогноза, как нам представляется, дает возможность уточнить соотношение между бессознательными и неосознанными процессами.

На уровне неосознанного осуществляется накопление криптогнозы. На уровне интуитивного (посредством различных форм интуиции, о которых будет сказано далее) осуществляется использование криптогнозы, т.е. путем неосознанного выбора — извлечение из общего объема накопленного знания того, что необходимо для данного этапа исследования. Забегая вперед, можно сказать, что первичным результатом названных процессов выступает непосредственное знание, которое в дальнейшем подвергается преобразованию.

9 стр., 4421 слов

Проблема познания в философии

... народу с помощью механизма социальной наследственности, культуры. 1. Проблема познания в философии Среди важнейших мировоззренческих вопросов, которые на протяжении всей ... философия, одно из центральных мест занимали проблемы познания. Человеку всегда важно знать, какими познавательными возможностями он располагает, способен ли он выработать адекватное знание, позволяющее ему жить и действовать в ...

Итак, объективным источником действия интуиции является криптогноза. Использование ее относится к особой специфической области познания — к интуитивному познанию. Под интуитивным познанием понимается сфера познания, где процесс накопления и преобразования знания осуществляется посредством различных форм интуиции, действующих на уровне неосознанного взаимодействия чувственного и логического познания. При этом необходимо отметить, что интуиция как форма познавательного процесса выражается в двух основных моментах. Их разделение принципиально: оно приводит к противоречивости и многозначности трактовок интуиции.

Во-первых, интуиция — это способность человеческого сознания к ускоренному, внезапному переходу от старых форм знания к новым, в основе которой лежит предшествующая историческая практика и индивидуальный опыт исследователя.

Во-вторых, интуиция — это специфический способ взаимодействия чувственного и логического в познании, основанный на использовании данных криптогнозы, и результаты ее действия могут выступать как определенного рода знание, именуемое «интуитивным знанием» и используемое в науке с учетом последующей экспериментальной проверки.

Первое определение относится к анализу интуиции как некоего психологического феномена. Второе — к гносеологическому анализу.

Итак, интуиция — это специфическая форма познавательного процесса. Посредством ее различных форм осуществляется взаимодействие чувственного и логического познания. Гносеологические функции интуиции заключаются в своеобразной комбинаторике наличных знаний с данными криптогнозы и последующей трансформацией полученного нового знания в статус научного. Таким образом, действие интуиции распространяется и на уровень научного познания, точнее, ее результат — интуитивное знание является важным компонентом процесса получения нового научного знания.

Гносеологический анализ интуитивной формы познавательного процесса предполагает выяснение соотношения «между знанием, имеющимся к началу интуитивного акта, и знанием, полученным в результате этого акта, а также выявление сущности гносеологического механизма, с помощью которого совершается преобразование «старого» (исходного) знания в новое» Кармин А. С., Хайкин Е. П. Творческая интуиция в науке. М., 1971, с. 25..

В соответствии с поставленными задачами, основное содержание излагаемой концепции заключается в том, что интуиция предстает в познании как процесс и как результат. Гносеологический анализ интуиции как процесса сводится к анализу действия ее различных форм в познавательной деятельности человека. Как результат интуиция выступает в форме «интуитивного знания».

Прежде чем перейти к дальнейшему анализу, остановимся на вопросе о классификации форм интуиции.

Чаще всего исследователи ссылаются на классификацию, предложенную Марио Бунге. Противоречивое отношение к этой классификации, имеющее место в нашей литературе, побуждает нас к ее детальному рассмотрению.

«Когда мы не знаем точно, какой из перечисленных механизмов сыграл свою роль, когда не помним посылок или не отдаем себе ясного отчета в последовательности процессов логического вывода умозаключений, или если мы не были достаточно систематичны и строги, мы склонны говорить, что все это было делом интуиции. Интуиция — коллекция хлама, куда мы сваливаем все интеллектуальные механизмы, о которых не знаем, как их проанализировать или даже как их точно назвать, либо такие, анализ и наименование которых нас не интересует» Бунге М. Интуиция и наука, с. 94, — пишет Бунге. Он рассматривает наиболее часто употребляемые значения термина интуиция, такие, как быстрое восприятие, воображение, сокращенное аргументирование и здравое суждение. Бунге различает прежде всего чувственную и интеллектуальную интуиции.

Чувственная интуиция, по Бунге, имеет следующие формы:

1. Интуиция как восприятие.

Интуиция как восприятие выражается в процессе быстрого отождествления предмета, явления или знака.

Ясное понимание значения и взаимоотношения или знака.

Способность интерпретации.

2. Интуиция как воображение.

Способность представления или геометрическая интуиция.

Способность образования метафор: умение показать частичную тождественность признаков или функций, либо полную формальную или структурную тождественность в остальном различных объектов.

Творческое воображение.

Интеллектуальную интуицию (интуицию как разум) Бунге классифицирует следующим образом:

1. Интуиция как разум.

Ускоренное умозаключение — стремительный переход от одних утверждений к другим, иногда с быстрым проскакиванием отдельных звеньев.

Способность к синтезу или обобщенное восприятие.

Здравый смысл — суждение, основанное на обыденном знании и не опирающееся на специальные знания или методы, либо ограничивающееся пройденными этапами научного знания.

2. Интуиция как оценка.

Здравое суждение, фронезис (практическая мудрость), проницательность или проникновение: умение быстро и правильно оценивать важность и значение проблемы, правдоподобность теории, применимость и надежность метода и полезность действия.

Интеллектуальная интуиция как обычный способ мышления.

Таковы, по мнению Бунге, основные разновидности интуиции. Автор делает попытку систематизировать наиболее часто употребляемые значения интуиции среди нескончаемой иерархии трактовок этого понятия. Однако его систематизация не всегда последовательна.

Главная цель всего исследования Бунге заключается в том, чтобы вскрыть огромную эвристическую роль интуиции как необходимого момента в процессе познавательной деятельности ученого. В этом плане его работа представляет собой известную ценность. Благодаря этому исследованию намечены основные подходы к изучению проблемы, обеспечивающие конструктивное отношение к последней. По мнению Бунге, этот конструктивный подход включает:

  • тщательный анализ многочисленных значений термина «интуиция» и осторожное пользование им;
  • эмпирический и теоретический анализ интуиции в рамках научной психологии;
  • уточнение результатов интуиции посредством классифицирующей, обогащающей и придающей четкость разработки понятий Бунге М.

Интуиция и наука, с. 150-151,.

Перечисленные три позиции являются действительно важными в разработке исследуемой проблемы. Но классификация видов интуиции, предложенная Бунге, не вполне отвечает этим требованиям.

Проблема классификации интуиции представляет собой один из самых сложных моментов в исследовании проблемы в целом. Это объясняется тем, что сам предмет, подвергающийся операции классифицирования, не поддается действию правил, необходимых, скажем, для формальной классификации. Всякая формальная классификация предполагает прежде всего четкое, резкое обособление предметов одной группы от предметов другой группы. Результатом такой классификации должно быть установление некоторого порядка в расположении самих этих групп, хотя при этом установленный порядок носит нередко искусственный и произвольный характер. Классификация, основанная на формальных принципах, предполагает какое-либо распределение по группам, в основе которого лежит сходство предметов каждой группы благодаря наличию общего свойства. Вполне понятно, что интуиция не поддается формальной классификации, поскольку речь может идти только об уточнении понятия и систематизации данной области познания в целях облегчения ориентировки в ней. Установление четкого сходства и различия разновидностей интуиции не представляется целесообразным.

В отличие от формальных, содержательные классификации опираются на диалектические принципы. В содержательных классификациях главный акцент делается на раскрытие внутренних закономерностей между группами классифицируемых предметов. Содержательные классификации соответствуют естественным классификациям. Последние строятся на учете всей совокупности признаков классифицируемого предмета, взятых в их взаимной связи и обусловленности одного из них (производных) другими (основными определяющими).

По-видимому, этот способ классифицирования может быть применен к проблеме интуиции.

Таким образом, классификация — это особый метод научного исследования, подчиняющийся определенным правилам и основанный на четко сформулированном принципе. Классификация Бунге не соответствует ни одному из рассмотренных способов классификации.

За основу своей классификации Бунге берет видовое деление понятий интуиции, имеющих место в процессе научного творчества, причем выбирая из общей иерархии те, которые наиболее часто употребляются исследователями. В качестве исходного общего понятия, подвергающегося в дальнейшем классификационному делению, Бунге избирает понятие вид интуиции. Вид (или род) представляет собой суть абстракции и существует в отдельно взятых предметах или явлениях без учета взаимосвязи с другими предметами, явлениями и процессами. В логической науке вид представляет собой категорию, выражающую отношения между классами (в частности, между объемами понятий).

По мнению Бунге, интуиция представляет собой вид или род познания, «удивительную смесь опыта и разума». Проводя первоначальное деление этого общего понятия «вид интуиции», Бунге вводит виды чувственной и интеллектуальной интуиции.

Все, что происходит далее, это, по существу, систематизация различных «естественных словоупотреблений» интуиции. Таким образом, классификация, проведенная Бунге, несмотря на ценность исследования в целом, не может претендовать на решение проблемы.

На наш взгляд, наиболее удачным исследованием в нашей литературе является работа А.С. Кармина и Е.П. Хайкина «Творческая интуиция в науке». Авторы предлагают «подразделение» интуиции на две формы: «эйдетическую» и «концептуальную». Оно отличается от подразделения на чувственную и интеллектуальную «более узким и более строгим пониманием гносеологического содержания разных видов интуиции» Кармин А. С., Хайкин Е. П. Творческая интуиция в науке, с. 33..

Концептуальная интуиция — процесс формирования новых понятий на основе имевшихся ранее наглядных образов. Эйдетическая интуиция — построение новых наглядных образов на основе имевшихся ранее понятий. Оба эти подразделения — различные формы научной интуиции, т.е. различные формы взаимодействия чувственного и логического познания.

По крайней мере, три важных обстоятельства позволяют нам считать рассматриваемый вариант классификации наиболее приемлемым для дальнейшего анализа.

Деление интуиции на эйдетическую и концептуальную позволяет исследовать ее специфику в сравнении с известными формами чувственного и логического познания.

Предложенный вариант классификации предназначен специально для гносеологического анализа и представляет собой не условное разделение, а своего рода рабочую схему исследования, освобожденного от необходимости феноменологического описания таинственных интуитивных эффектов.

Опираясь на эту схему, мы получаем возможность не просто констатировать факт существования интуиции как формы познавательного процесса, но перейти к анализу ее действительных проявлений в сфере научного познания.

2. Уровни интуитивного познания

Мы уже говорили о необъятности феноменологического материала, свидетельствующего о неоценимо важной роли интуиции в современной науке. Собственно говоря, именно это обстоятельство и послужило основной причиной обращения философов-марксистов к данной проблеме.

На основе предшествующих исследований был найден путь гносеологического анализа интуиции как специфической формы взаимодействия чувственного и логического познания.

Итак, место интуиции в научном познании определяется сферой взаимодействия чувственного и логического познания. Здесь и проявляется действие интуиции как процесса. Это взаимодействие иначе можно было бы назвать интуитивным познанием. Правомерность выделения такого рода познания, равно как чувственного и логического, обусловлена всей историей человеческого познания.

Интуитивное познание — это важная сфера человеческого познания, относящаяся к области как научного, так и ненаучного познания. В данном разделе нас будет интересовать главным образом действие интуиции как процесса в научном познании, поэтому мы постараемся начать с выделения специфических характеристик научной интуиции.

К числу наиболее характерных черт научной интуиции, на наш взгляд, относятся:

  • принципиальная невозможность получения искомого результата посредством чувственного познания окружающего мира;
  • принципиальная невозможность получения искомого результата посредством прямого логического вывода;
  • безотчетная уверенность в абсолютной истинности результата (это никоим образом не снимает необходимости дальнейшей логической обработки и экспериментальной проверки);
  • внезапность и неожиданность полученного результата;
  • непосредственная очевидность результата;
  • неосознанность механизмов творческого акта, путей и методов, приведших ученого от начальной постановки проблемы к готовому результату;
  • необычайная легкость, невероятная простота и скорость пройденного пути от исходных посылок к открытию;
  • ярко выраженное чувство самоудовлетворения от осуществления процесса интуиции и глубокого удовлетворения от полученного результата.

Итак, все, что совершается интуитивно, должно быть внезапно, неожиданно, непосредственно очевидно, неосознанно быстро, безотчетно легко, вне логики и созерцания и в то же время само по себе строго логично и основано на предшествующем чувственном опыте.

Нам представляется, что в ракурсе философского исследования невозможно однозначно определить содержание понятия интуиции, вследствие необычайной подвижности самого процесса. Это не застывший акт, а сложнейший познавательный процесс, действие которого диалектически взаимосвязано с известными формами как чувственного, так и логического познания. В то же время интуитивный процесс гораздо более релятивен, чем известные ступени познания. И цель исследования гносеологических механизмов интуиции, по нашему мнению, заключается в том, чтобы раскрыть сложную динамику процессов, в нее входящих.

Таковы некоторые характеристики интуиции. Мы отнюдь не претендуем на то, чтобы приведенный перечень рассматривался как исчерпывающий. Это лишь попытка выявить некоторые особенности, присущие тем процессам, которые принято называть интуитивными. Гносеологические функции этих процессов — осуществлять взаимодействие чувственного и логического познания.

Цель всякого рода познания — это получение и преобразование знания. Как известно, существует четыре типа преобразования знания См.: Бранский В. П. Философское значение проблемы наглядности в современной физике. Л., 1962, с. 109..

От одних чувственных образов к другим чувственным образам (чувственное познание).

От одних понятий к другим понятиям (логическое познание).

От наглядных образов к новому понятию (взаимодействие чувственного и логического).

От понятий к новым чувственно-наглядным образам (взаимодействие логического и чувственного).

3 и 4 типы преобразования, таким образом, относятся к выделенной сфере интуитивного познания. Принятая выше классификация интуиции и позволяет выделить два уровня этого вида познания: концептуальный и эйдетический.

Все названные типы преобразования знания диалектически связаны между собой, обеспечивая взаимосвязь чувственного, логического и их взаимодействие — интуитивное познание. В частности, на уровне чувственного и логического познания происходит накопление криптогнозы. Ее использование заключается в преобразовании накопленных знаний посредством концептуальной интуиции (по 3-му типу) и эйдетической (по 4-му типу).

Преобразования могут быть по крайней мере двоякого рода; от имеющихся чувственных образов к новым понятиям через концептуальную интуицию и от имеющихся понятий к новым чувственным образам через эйдетическую.

Таким образом, особенность интуитивного познания состоит в том, что по своей гносеологической сущности оно — преобразовательное, комбинаторное познание, результатом которого выступает интуитивное знание.

Процесс получения такого рода знания состоит из сложнейших комбинаций с чувственно-наглядными образами. Как отмечал А. Эйнштейн, «эта комбинаторная игра является существенной чертой продуктивного мышления» См.: Hadamard I. An essay of the psychology of invention in the mathematical field, 1961, p. 142..

Мы не будем подробно останавливаться на вопросе о том, что представляет собой чувственный образ в процессе познания — он достаточно детально освещен в отечественной литературе См.: Бранский В. П. Философское значение проблемы наглядности в современной физике. Л., 1962; Славин А. В. Наглядный образ в структуре познания. М., 1971; Георгиев Ф. И., Дубовской В. И., Коршунов А. М., Михайлова И. Б. Чувственное познание. М., 1965.. Отметим лишь то, что «в общегносеологическом смысле под образом понимается любой дискретный (отдельный) элемент знания, несущий содержательную информацию о некотором классе объектов» Славин А. В. Наглядный образ в структуре познания, с. 15..

Поэтому анализ интуитивного познания целесообразнее всего начинать с рассмотрения видов чувственных образов, между которыми совершается комбинирование. К числу последних, на наш взгляд, можно отнести следующие две группы образов: чувственно-наглядные (непосредственное восприятие, наглядное представление); понятийные (мысленное воспроизведение ранее полученных понятий, мысленное воспроизведение наиболее общих свойств и существенных сторон связей и отношений объективного мира, недоступных непосредственно органам чувств).

Научное познание любого рода всегда имеет своей конечной целью получение нового понятия, т.е. нового знания. Всякое научное понятие есть в конечном счете синтез совокупности чувственных образов, или, другими словами, получение принципиально нового понятия в науке может происходить путем комбинирования соответствующих чувственных образов на основе какого-то исходного понятия. Однако новое понятие в ряде случаев является «слепком» с интуитивно полученного нового чувственно-наглядного образа.

Итак, взаимодействие чувственного и логического, осуществляемое благодаря интуиции, заключается в своеобразном комбинировании чувственных образов на основе какого-то исходного понятия. В результате получается новое понятие об объекте, новое знание о его сущности, а не только о формах проявления.

Получение нового знания — не простое комбинирование этих чувственных образов. Это комбинирование на уровне интуитивного познания. Гносеологический механизм такого процесса предполагает комбинирование чувственных образов на основании некоторого исходного наглядного образа — образа-модели известного объекта или же имеющегося исходного понятия, понятия-модели.

Понятие-модель отражает такие свойства и стороны объекта, содержание которых уже зафиксировано в понятийном аппарате науки. Понятие-модель возникает как результат предшествующего мысленного эксперимента. Последний является «мыслительным процессом, в котором чувственные и рациональные элементы находятся в диалектической взаимосвязи и взаимопроникновении. Именно единство чувственного и логического, наглядного образа и научной абстракции составляет то необходимое условие, благодаря которому на основе мысленного эксперимента нередко совершаются важные научные открытия» Славин А. В. Наглядный образ в структуре познания, с. 258..

Результаты мысленных экспериментов откладываются в «глубинах неосознанной психики» человека и составляют важный элемент в структуре криптогнозы.

Чтобы рассмотреть это более подробно, проведем анализ некоторых возможных типов комбинаций чувственных образов, имея в виду при этом, что в структуре познания чувственно-наглядные и понятийные образы могут выполнять две функции: исходную, если в образе отражены сведения об объекте, существенные черты которого неизвестны, и вспомогательную, если в образе отражен объект, сущность которого хорошо изучена.

Процесс интуитивного познания, как уже отмечалось выше, осуществляется на основе данных криптогнозы, которые могут быть выражены в форме понятия-модели (или образа-модели) и составляют определенный фон познавательного процесса.

Понятие-модель (или образ-модель) составляет необходимый компонент процесса интуитивного познания. Это особое, специфическое конструктивное выражение ранее полученных знаний, с которым неосознанно соотносятся вновь полученные сведения об объектах. Независимо от ученого совершаются процессы соотношения, сопоставления, замещения и т.п. полученных знаний с содержанием понятия-модели (или образа-модели).

Именно эти конструкты: понятие-модель и образ-модель — определенным образом окрашивают и направляют исследовательский процесс ученого, создавая фон его познавательного процесса.

Таким образом, мы получили возможность несколько конкретизировать введенное понятие криптогнозы. Она состоит из понятий-моделей и образов-моделей и является не только источником действия интуиции, но и создает определенный фон познавательной деятельности, на котором и осуществляется комбинирование чувственными образами.

Можно, видимо, установить четыре типа комбинаций (табл. 1).

Исходный образ

Вспомогательный образ

Фон

Результат

I

Чувственно-наглядный

Понятийный

Образ-модель

Новое понятие

II

Понятийный

Понятийный

Образ-модель

Новое понятие

III

Понятийный

Чувственно-наглядный

Понятие-модель

Новый наглядный образ

IV

Чувственно-наглядный

Чувственно-наглядный

Понятие-модель

Новый наглядный образ

I и II типы комбинаций осуществляются актами концептуальной интуиции (на фоне исходного образа-модели), III и IV — актами эйдетической (на фоне исходного понятия-модели) интуиции.

В соответствии с этим рассмотрим два уровня интуитивного познания, использовав некоторые исследования из области физики. Обратимся к истории возникновения неклассической физики. Это блестящий эмпирический материал для изучения особенностей человеческого познания.

В процессе многочисленных опытов В. Рентген обнаруживает необычное явление: экран с платиносинеродистым барием, находившийся вблизи катодных трубок, начинал светиться. Свечение продолжалось даже в том случае, если трубка была тщательно закрыта черным картоном, и прекращалось, если между трубкой и экраном помещались металлические предметы. Открытое излучение Рентген называет «Х-лучами». «Если поставить вопрос, — пишет он, — чем, собственно, являются Х-лучи (катодными они быть не могут), то, судя по их интенсивному химическому действию и флуоресценции, их можно отнести к ультрафиолетовому свету. Но в таком случае мы сейчас же сталкиваемся с серьезными препятствиями… нужно было принять, что эти ультрафиолетовые лучи ведут себя совсем иначе, чем известные до сих пор инфракрасные, видимые и ультрафиолетовые лучи. Не должны ли новые лучи быть приписаны продольным колебаниям в эфире? Я должен признаться, что все больше склоняюсь к этому мнению» Рентген В. К. О новом виде лучей. М.-Л., 1933, с. 40-42..

Открытие Х-лучей — результат чувственного познания опыта. Так формировался «исходный образ» этого явления, в данном случае чувственно-наглядный (непосредственное восприятие).

Выяснилось, что Х-лучи не являются потоком заряженных материальных частиц, поскольку они не отклоняются ни электрическим, ни магнитным полями. В то же время нельзя было считать их электромагнитным явлением, поскольку еще не были открыты интерференция и дифракция рентгеновских лучей. Тем не менее Рентгену удается выявить ряд особенностей полученных им лучей, в частности их способность проникать через непрозрачные для обычного света предметы, а также возрастающую способность вещества поглощать Х-лучи в соответствии с плотностью поглощаемого вещества (поглощаемость при этом зависит от условий получения лучей).

Но эти экспериментальные данные еще не объясняли природу полученного явления.

Мы не случайно взяли этот пример с открытием лучей Рентгена. Попытаемся именно на нем доказать не только действие интуитивных процессов, но и необходимость их проявления.

Длина волны рентгеновских лучей значительно меньше волны световых лучей. Однако Рентген все же пытался получить явления дифракции и интерференции открытых им лучей обычными способами. Он предполагал, что эти Х-лучи обладают волновой природой и делал тщетные попытки доказать это способом, применяемым в отношении видимого света. В чем же гносеологические причины того, что усилия ученого не привели к желаемому результату? Представляется немаловажным при исследовании гносеологических механизмов интуиции в качестве эмпирического материала использовать и исследования, завершающиеся отрицательным результатом.

В гносеологическом плане исследования Рентгена заключаются во взаимодействии исходного чувственно-наглядного образа (непосредственное восприятие свечения экрана в опыте с Х-лучами) и вспомогательного чувственно-наглядного образа (наглядное представление в результате опытов о волновой природе световых лучей) на фоне понятия-модели (понятия об обычных методах получения дифракции и интерференции).

Нетрудно заметить, что это — акт эйдетической интуиции, приведший Рентгена к формированию нового наглядного образа о волновой природе открытых им лучей. Результат, не подтвердившийся опытами, по существу, отрицательный.

Формирование «исходного образа» — это только этап на пути к открытию, необходима комбинация с «вспомогательным», т.е. успешное выполнение акта концептуальной интуиции. Тот факт, что для Рентгена она не принесла желаемого результата, лишний раз свидетельствует о том, что научная деятельность требует от ученого умения отказаться от привычных приемов, от «шаблонов» в проведении исследования. Но вернемся к физике.

Среди группы физиков, упорно и настойчиво занимавшихся исследованием рентгеновских лучей, находился в то время и М. Лауэ. «Я жил там в атмосфере, насыщенной вопросами о природе рентгеновских лучей» Лауэ М. История физики. М., 1956, с. 183.. При обсуждении с П. Эвальдом вопроса о поведении световых волн в пространственной решетке из поляризующихся атомов Лауэ (в сознании которого сформировался «образ-модель» рентгеновских лучей и представление о невозможности получения их дифракции обычным путем) неожиданно осеняет мысль о том, что если атомы образуют пространственные решетки, то должны быть явления интерференции, подобные световой интерференции См.: Франкфурт У. И., Френк А. М. У истоков квантовой теории. М., 1974, с. 8..

Изменение «вспомогательного образа» и концептуальное комбинирование с «исходным» дает положительный эффект. Лауэ вносит предложение: надо попробовать провести опыты по дифракции рентгеновских лучей на кристаллической решетке, и два ученика Рентгена — Фридрих и Книплинг — успешно осуществляют эти опыты.

Посмотрим, как это происходит с позиции гносеологического анализа. Взаимодействие исходного понятийного образа (мысленное воспроизведение представления о явлении интерференции рентгеновских лучей) с вспомогательным понятийным (мысленное воспроизведение представления о поведении световых волн в пространственной решетке поляризующихся атомов) на фоне образа-модели (наглядного представления об отрицательных результатах получения дифракции рентгеновских лучей обычным путем).

Результатом является новое понятие о кристаллах как естественной дифракционной решетке.

Приведем еще два примера, один из которых имеет отрицательный результат.

Проблема исследования рентгеновских лучей и их свойств привлекла внимание ученых с самых различных концов света.

Так, Анри Пуанкаре в своих исследованиях исходит из наглядного представления о явлении фосфоресценции и причинах, ее вызывающих (исходный образ — чувственно-наглядный).

Сопоставляя это представление с непосредственным восприятием явлений фосфоресценции, вызванной ударами катодных лучей о препятствия (вспомогательный — чувственно-наглядный), и имея в виду существование конкретного источника фосфоресценции стеклянной трубки, фосфоресцирующей под ударами катодных лучей (фон — понятие-модель), ученый приходит к новому наглядному представлению о явлении флуоресценции, как всегда сопровождающемся испусканием рентгеновских лучей.

В результате в сознании Пуанкаре формируется наглядное представление о том, что если причины, вызывающие фосфоресценцию, отличны от удара катодных лучей о препятствие, то фосфоресценция также способна вызывать рентгеновское излучение. Иными словами, Пуанкаре сформулировал предположение: флуоресценция всегда сопровождается испусканием рентгеновских лучей. Однако догадка Пуанкаре, являющая собой пример действия эйдетического процесса интуиции, не подтвердилась.

На основе рассмотренных открытий в физике можно сделать некоторые выводы о действии интуитивных процессов в акте научного познания. Прежде всего очевидно, что присутствие интуитивных моментов в научном исследовании не зависит от истинности или ложности полученного результата.

Интуитивное познание (в отличие от чувственного и логического познания) не есть самостоятельная, автономная область познания. Формы интуиции действуют в познании всегда в диалектической взаимосвязи с известными формами познания, осуществляя при этом взаимодействие данных чувственного и логического познания.

В гносеологическом смысле, по-видимому, это взаимодействие заключается в особом комбинировании — «сцеплении» чувственных образов на базе известного понятия-модели (эйдетическая интуиция) или же на базе образа-модели (концептуальная интуиция).

Как уже отмечалось, понятия-модели и образы-модели берутся из данных криптогнозы. Они — результат неосознанного отбора имеющихся знаний. Мы знаем, что именно в выборе понятий-моделей и образов-моделей чаще всего кроется ошибка исследователя. Таким образом, акт выбора компонентов фона познавательной деятельности также интуитивен, хотя и основан, конечно же, на всем предшествующем опыте ученого. От выбора понятия-модели и образа-модели зависит и выбор пути дальнейшего исследования, от которого быть может в прямой зависимости успех или неудача.

Очевидно, что интуиция, как специфическая форма познания, теснее (чем какая-либо другая форма) связана с индивидуально-психологическими особенностями ученого См.: Пономарев А. Л. Психика и интуиция. М., 1967.. Логично предположить, что именно с нею связана неповторимость творческого процесса, деление ученых, скажем, на теоретиков и экспериментаторов.

Возможно, что способность к концептуальной интуиции характерна в большей мере для теоретиков, а способность к эйдетической интуиции Видимо, акт эйдетической интуиции лежит в основе художественной интуиции. — для практиков. Это нередкий случай в науке, когда экспериментальное открытие совершается ученым, который сам не в состоянии правильно интерпретировать его. Такие факты также наводят на мысль, что процесс открытия и его интерпретация совершаются различными формами интуиции.

В соответствии с этим, по-видимому, можно будет несколько по-иному осветить вопрос о гносеологической природе таланта. Кроме известных признаков этой высочайшей способности нашего мыслительного аппарата, определенную роль здесь должно играть синтезированное присутствие способности к эйдетической и концептуальной интуиции.

Рассмотрим теперь пример, когда ученый сам проходит путь от открытия до его истинной интерпретации.

«В тот самый день, когда в Париже стало известно об опытах Рентгена и о необычайных свойствах лучей, испускаемых стенками круксовых трубок, я задумал исследовать, не испускают ли такие же лучи и всякое другое фосфоресцирующее вещество, опыт не подтвердил этого предположения, но во время моих исследований я столкнулся с неожиданным явлением…» Труды Института истории, естествознания и техники, 1957, т. 19, с. 139.. Исходным понятийным образом Беккерелю послужило мысленное воспроизведение представления о причинах, вызывающих рентгеновские лучи. Вспомогательный чувственно-наглядный образ был порожден непосредственным восприятием явления фосфоресцирующих стенок круксовых трубок, испускающих рентгеновские лучи. Взаимодействие между названными образами осуществлялось Беккерелем на фоне понятия-модели (имеется в виду понятие множества фосфоресцирующих веществ и эффекта их непрекращающегося свечения после прекращения возбуждения).

В результате — формирование нового наглядного представления обо всех фосфоресцирующих веществах, как испускающих рентгеновские лучи.

Результат отрицательный, опыт не подтверждает его.

Нетрудно заметить, что Беккерель по существу пытается повторить путь Пуанкаре, но также терпит неудачу.

Проводя серию опытов с солями урана в качестве фосфоресцирующего вещества, Беккерель обнаружил новые излучения. Действие последних было сходно с рентгеновскими. Эти лучи, как обнаружил Беккерель, способны разряжать наэлектризованные тела. Это привело к появлению электрического метода изучения открытых лучей. Дальнейшее исследование показало, что наблюдаемое излучение связано не с флуоресценцией, а с присутствием элемента урана. Это было открытие. Беккерель убедился и в том, что излучение солей урана не зависит ни от светового, ни от электрического, ни от теплового возбуждения. Так было не только открыто явление радиоактивности, но и указан его источник — уран.

Итак, гносеологическое описание рассмотренного исследования, представляющее собой акт концептуальной интуиции, выглядит следующим образом.

Взаимодействие осуществляется между исходным чувственно-наглядным образом (имеется в виду непосредственное восприятие «невидимых лучей», действие которых сходно с рентгеновскими) и вспомогательным понятийным образом (мысленное воспроизведение результатов опытов, для которых фосфоресцирующим веществом были взяты соли урана) на фоне образа-модели (иными словами, наглядного представления об источнике излучения в виде какого-либо фосфоресцирующего вещества).

В результате формируется новое понятие о радиоактивном излучении и его источнике — уране.

Впоследствии Резерфорд проводит исследование по ионизации газов рентгеновскими лучами. При этом он исходит из чувственно-наглядного представления о природе ионов, образующихся от излучения урана. Он сопоставляет результаты опыта с мысленным воспроизведением процесса ионизации газов рентгеновскими лучами на фоне наглядного представления о природе ионов, полученных от рентгеновских лучей (образ-модель).

В итоге взаимодействие исходного чувственно-наглядного образа с вспомогательным — понятийным на фоне образа-модели приводит к формированию нового понятия: об аналогичной природе ионов, полученных от рентгеновских лучей, и от излучения урана.

Результатом проведенного исследования является подтверждение правильности открытия, об установлении ионизирующей способности б- и в-лучей.