История и основные тенденции развития психологии в России

Реферат

Мы должны рассматривать себя

в связи и в отношении с прежним;

даже отрицая его, мы опираемся на него.

Л.С. Выготский.

Специфика научного труда предполагает необходимость иметь информацию о прошлом. Собственное исследование должно быть органически связано с историей изучаемого вопроса, ибо нет такой проблемы в современной науке, которая могла бы решаться без учета предшествующей истории. «История вопроса непосредственно переходит в постановку проблемы исследования. Последняя должна органически вытекать из первой. Глубина, фундаментальность этой части исследования является в настоящее время в психологической науке одним из необходимейших условий, определяющих научную ценность данной работы», — писал Б.М. Теплов.

Ближайшая история, охватывающая наше столетие, органически входит в современность: учение о целостности в гештальтпсихологии, о бессознательном в глубинной психологии, понимание мышления в Вюрцбургской школе и др. составляют основу современных исследований. Материал более отдаленной и даже совсем далекой истории «не отрицается полностью, понимание его ограниченности не препятствует частичному включению его в более широкую систему знаний».

Владение историей, конечно, не ограничивается воспроизведением воззрений прошлого. В полной мере историческое прошлое может служить настоящему только в том случае, если оно используется в целях решения актуальных проблем. В постоянном споре с основными психологическими направлениями создавал свою теорию установки Д.Н. Узнадзе. Б.М. Теплов, С.Л. Рубинштейн, А.Н. Леонтьев, Б.Г. Ананьев, П.Я. Гальперин много внимания уделяли истории психологии, хотя ни для одного из них она не была областью специального исследования. Рассматривая значения истории психологии, М.Г. Ярошевский называет такое обращение к истории «творческим диалогом с прошлым».

Подобно тому, как исполнение музыкального произведения может стать выразительным только после освоения его технической стороны, так и использование истории в современном исследовании становится возможным только на основе знания всего конкретного материала, накопленного наукой. Отсюда возникает необходимость истории психологии как специальной области исследования, изучающей достижения психологии на протяжении всего пути ее исторического развития.

4 стр., 1627 слов

Взаимоотношения социальной психологии с другими науками и с другими ...

... (индивида), являющейся субъектом общественных отношений и носителем социальной психики. Исторические науки показывают социальной психологии, как осуществлялось развитие сознания людей на различных этапах ... процессов. С другой стороны, социальная психология, изучая условия и специфику формирования, развития и функционирования общественной психики людей, позволяет естественным и общественным наукам ...

Знание истории психологии необходимо для понимания различных теорий и направлений современной психологии, путей и тенденций ее развития. Только включение в исторический контекст позволяет понять их сущность, выявить их исходные позиции, оценить подлинную новизну и осознать их исторический смысл. Исторический подход необходим для понимания современной ситуации в психологической науке, для формирования новых точек зрения с учетом и на основе традиций и достижений прошлого. Изучение истории психологии имеет большое образовательно-нравственное значение. «История более полезна, она полна мудрости», — писал итальянский философ-гуманист IV в. Лоренцо Валла. Она знакомит нас с жизнью людей науки, раскрывает полную драматизма борьбу во имя истины, вызывает разнообразные чувства: от почтительного восхищения до разочарования и недоумения.

Задачей данного реферата является воссоздание исторической научной психологической мысли, анализ возникновения и дальнейшего развития научных знаний о психике, что должно дать полную и связную картину их развития и роста. Научное знание — это систематическое знание, внутренне связанное некоторыми принципами, общими предпосылками; полученное научными методами; опирающееся на доказательство и допускающее логическую и опытную проверку правильности своих утверждений и их использование в различных формах и применительно к различным областям жизни общества. Научное знание вырабатывается в процессе научной деятельности; оно имеет автора и дату своего установления. Известный историк психологи Э. Боринг в целях объяснения научных открытий в психологии использовал понятие — дух времени. Согласно Борингу, «магическое» понятие означает характерную для каждого конкретного момента атмосферу мнений, под властным воздействием которых находится мышление исследователя. Открытие не делается до тех пор, пока для него не готово время. Оно происходит тогда, когда подготовлено временем. Имеющиеся в науке факты синхронных открытий, для которых доказано, что они не являются заимствованными (законы для газов Р.

Бойля и Э. Мариотта, исчисления малых величин Г. Лейбница и И. Ньютона, теория эмоций У. Джемса и К. Ланге и др.), также объясняются духовным климатом эпохи. В то же время попытки выявить общие основания и установки, которые прослеживаются в развитии психологии на протяжении всей ее истории, составляют устойчивую тенденцию в методологии историко-психологических исследований. В качестве таких установок разные авторы выделяют различные биполярные позиции: детерминизм — индетерминизм; элементаризм — холизм; эмпиризм — рационализм и др. Под углом зрения этих диспозиций производится систематизация и обобщение психологических фактов и теорий. Этот подход, хотя и выделяет важные характеристики психического, но не создает целостного исторически конкретного образа психологии как науки на каждом из ее этапов.

На более целостное представление исторического процесса направлено описание истории в понятии школы. По отношению к каждой школе описываются разрабатываемые в ней проблемы, приемы и методы исследования и др. Согласно теории «великих людей», история — гражданская и научная — делается великими людьми, такими как Цезарь, Наполеон, Галилей, Ньютон. «История мира — это… биографии великих людей», — так выразил свой взгляд на значение личности в истории Т. Карлейль. Он привлекает внимание к выдающимся личностям, в том числе, к роли личности ученого в развитии научного знания. Рассмотренные подходы в области методологии истории психологии позволяют выявить реальные закономерности в развитии психологических знаний. По-видимому, невозможно понять прошлое без представлений о духовном контексте, без биографий великих психологов, без различения локковской и декартовской тенденций, без сопоставления объективного и субъективного подходов, атомизма и холизма и т.п.

7 стр., 3451 слов

История развития социально-психологических учений

... достойно подчиняться судьбе, осуществляя личностный рост. 3. История становления социальной психологии как науки Социальная психология - отрасль психологической науки, которая изучает психические явления, возникающие в ... определить детерминанты человеческого поведения и развития личности в обществе. Так, в древневосточном учении даосизме утверждалось, что человеческое поведение предопределяется ...

В настоящее время в отечественной науке работа по исследованию истории психологии продолжается в трудах Л.И. Анцыферовой, В.А. Кольцовой, Т.Д. Марцинковской, А.В. Петровского, О.В. Галустовой и др. В фундаментальных трудах А.В. Петровского освещаются события психологии советского периода во всей их сложности и в контексте социальных условий, дается объективная оценка педологии, психотехники, рефлексологии и других течений психологической мысли в России.

Особенно значительный вклад в отечественную историю психологии внес М.Г. Ярошевский (1915-2001).

Он разработал оригинальную концепцию истории психологии, известную под названием категориального анализа. Концепция включает анализ категориального аппарата, объяснительных принципов и глобальных проблем, их преобразование в ходе исторического пути развития науки. Выделены специфические конкретно-научные категории, воспроизводящие различные стороны психологической реальности: образ, действие, мотив, психосоциальное отношение, личность. Система этих категорий вместе с объяснительными принципами — детерминизма, системности, развития — образуют категориальный аппарат науки, ее инвариантное ядро. Применение категориального анализа позволяет увидеть в меняющихся знаниях о субъективной реальности их постоянные компоненты. Ярошевский отмечал, что в категориальном строе дан предмет психологии, но главное внимание уделял именно категориям, прослеживая их исторически меняющееся содержание. Его концепция предполагает также учет социо-культурных условий и роли личности ученого в объяснении появления и развития психологических знаний. Среди социо-психологических факторов научного творчества Ярошевский выделяет оппонентный круг ученого, включающий всех авторов, в полемике с которыми генерируются новые идеи, происходит возникновение нового научного знания.

Известный теоретик и историк психологии П.Я. Гальперин считал вопрос о предмете изучения главным теоретическим вопросом и важным практически. Эта идея проходит через все его творчество. Обозревая исторический путь психологии, Гальперин пришел к выводу: «Все предложенные до сих пор определения, описания и указания предмета психологии оказались не только недостаточными, но и просто несостоятельными. В курсе лекций по истории психологии, которые он читал в Московском университете им. М.В. Ломоносова, рассматривая психологические концепции прошлого, он выделял содержащееся в них в явной или скрытой форме понимание предмета изучения. Вывод о несостоятельности и ошибочности всех представлений о предмете психологии не означал недооценки Гальпериным всего исторического опыта — хотя в его рассмотрении критический аспект очень значителен. Например, оценивая достижения развития психологии как экспериментальной науки, он пишет, что они сводятся к «… относительно небольшому числу и как бы случайному характеру важнейших результатов, столь частым взлетам и падениям теоретических конструкций». За этими резкими словами скрывается озабоченность неудовлетворительным положением вещей в психологии, источник, которого он видел в неумении выделить в психических явлениях те их аспекты, которые составляют предмет психологии. Таким образом, согласно Гальперину, «вопрос о предмете изучения — это не только первый и самый трудный из больших теоретических вопросов психологии, но вместе с тем вопрос неотложной практической важности».

13 стр., 6063 слов

Психология развития и акмеология

... которой приведет к успеху. Все это является областью разработок акмеологии XXI века. Психология развития, акмеология - область психологической науки, занимающаяся изучением закономерностей процессов развития и формирования психики в антропогенезе, сравнительным изучением ...

современной когнитивной психологии

Если в целом история свидетельствует о неуклонном прогрессе психологических знаний, то на отдельных отрезках пути ее развития положение является более сложным. Не всегда то знание, которое появилось позже, оказывалось одновременно и более содержательным, прогрессивным во всех своих аспектах; нередко в новой концепции отбрасывалось то положительное, что было в старой. Так, гештальтпсихология, выступившая против ассоцианизма, в глобальной критике этого направления игнорировала проблему возрастания опыта в процессе развития субъекта и превратилась в антигенетическую теорию, что существенно ограничило ее объяснительные возможности.

Развитие психологии, не линейный, а очень сложный процесс, на пути которого возможны зигзаги, неузнавание открытий, возвраты к уже пройденным решениям, «топтание на месте», кризисы. Но в целом, «смена научных мнений — это развитие, прогресс, а не разрушение»: прослеживание процесса роста психологических знаний в хронологической последовательности, их появления при постоянном внимании к оценке достижений — и потерь — на каждом временном этапе раскрывает все новые и новые стороны психической реальности и все полнее объясняет их.

Психология имеет многовековую историю: первые научные представления возникли в VI в. до н.э. Поэтому встает вопрос о периодизации истории психологии, задачей которой является расчленение этого процесса, выделение этапов, определение содержания каждого из них.

В истории психологии различаются два больших периода: первый, когда психологические знания развивались в недрах философии, а также других наук, прежде всего естествознания; второй — когда психология развивалась как самостоятельная наука. Они несоизмеримы по времени: первый период (VIв. до н.э. — середина ХIХв) охватывает около 2,5 тысячи лет, второй — чуть больше столетия (середина IIX в. — настоящее время).

По словам Г. Эббингауза, психология имеет долгое прошлое, но очень краткую историю. Выделение этих двух периодов не требует специальных обоснований, так как его критерии очевидны, но поскольку каждый из них растягивается на столетия, необходима более дробная периодизация. Ее можно проводить по чисто формальным признакам — в частности, хронологическому, поскольку научное знание возникает и развертывается во времени. В соответствии с фактором времени в целостном процессе развития науки можно различать историю психологии IVIIв., историю психологии IVIIIв. и т.п. Можно различать периодизацию мировой и отечественной психологии. Возможны и другие подходы к вопросу о периодизации. Учитывая условность всякой периодизации и принимая во внимание неразработанность этой проблемы, следует рассматривать предлагаемую далее периодизацию истории психологии лишь как один из возможных ее вариантов. При этом история отечественной психологической мысли рассматривается как составная часть развития мировой науки. В качестве основания для разделения этого процесса на этапы были выбраны содержательные критерии, определявшие смену взглядов на природу психического. Чем глубже в историю уходит то или иное представление о предмете, тем продолжительнее время его жизни в науке. И наоборот, чем ближе к современности, тем это время короче. Так исторически первое определение предмета психологии как науки о душе существовало (хотя и с некоторыми изменениями) более 20 веков. В ХХ столетии взгляды на предмет психологии менялись так быстро, что некоторые из них существовали в науке не более 10-20 лет.

2 стр., 538 слов

Психология-наука 21 века

... месте. Роль психологии в веке новейших технологий ипрогресса очень важна. Современные психологи и их тренинги всеми силами способствуют менее болезненному периодическому "обновлению" психики человека. Психологические ... знать, что знания по психологии жизненно необходимы современному человеку. Я считаю, что психология обретет глобальные масштабы, и в будущем без этой науки не обойтись, так как ...

История психологии должна также учитывать особую ситуацию в науке в изучаемый период. Факт взаимосвязи психологии с другими науками характеризует ее развитие на всех этапах истории. Влияния математики, физики, астрономии, языкознания, физиологии, биологии, этнографии, логики и других наук на психологию разнообразны. Во-первых в рамках этих наук накапливались знания о психических явлениях (например, изучение проблемы связи языка и мышления в трудах лингвистов А. Потебни, В. Гумбольдта и др., изучение времени реакции астрономами и др.).

Во-вторых, в психологии использовались методы этих наук, в частности, эксперимент был заимствован В. Вундтом из физиологии органов чувств, психофизики и психометрии. В-третьих, происходило использование научной методологии. Так, развитие механики в ХVII и ХVIII вв. обусловило возникновение механистической модели поведения животных (и частично человека) Р. Декарта, механистической концепции ассоциаций Д. Гартли, «ментальной физики» Дж. Милля. Взаимодействие психологии с другими науками продолжается и в наши дни. Ж. Пиаже считал междисциплинарные связи особенностью как современного этапа в развитии психологии, так и ее будущего. В то же время он говорил, что «будущее психологии — это, прежде всего ее собственное развитие». Здесь нет противоречия: связь с другими науками не должна превратиться в редукционизм, т.е. сведение психологических закономерностей к закономерностям других наук. Такое сведение угрожает психологии утратой собственного предмета. История психологии богата примерами, когда такая опасность превращалась в реальность. В частности, в рефлексологии В.М. Бехтерева вся психика сводилась к сочетательным рефлексам. Но еще Ф. Энгельс писал: «Мы, несомненно «сведем» когда-нибудь экспериментальным путем мышление к молекулярным и химическим движениям в мозгу, но разве этим исчерпывается сущность мышления?».

Учитывая связи психологии с другими науками и обусловленность ее развития социокультурными факторами, необходимо раскрыть собственную логику развития её идей как объективный процесс.

Важнейшим из принципов историко-психологического анализа является принцип историзма. Это позволяет показать неповторимость и уникальность исследуемого явления. При этом необходимо представить историю науки во всей полноте, по крайней мере, наиболее значительных ее фактов. В истории не должно быть белых пятен, забвения тех или иных исторических событий или лиц. Историко-психологическое познание требует выявления социально-политической направленности, идеологической сущности психологических идей, что позволяет оценить их более адекватно. Принципы историко-психологического исследования в совокупности с конкретными методами составляют основу научного анализа исторического пути развития психологии.

4 стр., 1693 слов

Этический кодекс педагога — психолога службы практической ...

... же время защитить психологов и практическую психологию от дискредитации. Кодекс составлен в соответствии с Женевской конвенцией «О правах ребенка» и действующим Российским законодательством, Изучение Этического кодекса входит в базовую ...

научная школа

В связи со 100-летием А.Н. Леонтьева (1903-2003) был собран материал 40 интервью с известными психологами, учениками и соратниками А.Н. Леонтьева, в которых воссоздается история созданной им школы, воскрешаются черты яркой личности этого выдающегося психолога ХХ в. Биографический и автобиографический методы воссоздают атмосферу реальной жизни, являются источником знаний о духовном развитии ученого, этапах его научного труда. Метод играет огромную роль в пропаганде науки, дает уникальный материал о жизни людей науки, научном творчестве. Источниками истории психологии являются все материалы, которые отражают исторический процесс накопления психологических знаний, и прежде всего труды психологов прошлого, а также философов, в которых исследуются психологические проблемы. Важным источником развития психологических знаний является общественная практика.

I. Психологическая мысль в россии в xviii веке

Представления о том, что в человеке живет нечто особенное, отличное от его физического тела, сложились в глубокой древности. Навряд ли они были результатом размышлений; скорее так верилось (а значит, виделось) и не подвергалось сомнению. Это нечто часто связывалось с дыханием — тем, что уходит со смертью тела (сравните: душа, дух, дыхание), и нередко представлялось в виде крылатого существа, возвращение которого в тело означало бы и его возрождение.

Первые представления о душе можно проследить в мифологических и религиозных системах различных народов. Так или иначе, душа в большинстве случаев представлялась как нечто, связанное с жизнью тела, делающее тело «одушевлённым», и ее существование было несомненным.

Термин «психология» древнегреческого происхождения. Он составлен из двух слов: «псюхе» — душа и «логос» — знание или изучение. Предложен же этот термин был не в Древней Греции, внесшей бесценный вклад в наше понимание психической жизни, а в Европе в ХVI веке.

Как показывают исследования истории отечественной культуры, философии и науки, психологические идеи в России начали развиваться еще в X-XV вв. На основе этих предпосылок в XVIIIв. сформировались достаточно целостные концепции, которые дали начало материалистическим традициям для их последующего развития.

Социальную базу отечественной психологии XVIIIв. составлял феодально-крепостной строй. Обострение его глубочайших противоречий в художественной форме заклеймил А.Н. Радищев в своей книге «Путешествие из Петербурга в Москву» (1790), за которую был сослан в Сибирь. Выражая настроение всех прогрессивно мыслящих деятелей русского общества, он потребовал полного уничтожения крепостного права.

В XVIIIв. в России широко развернулось просветительское движение, выдвинувшее её замечательных деятелей: Н.Н. Поповского, Н.И. Новикова, В.Н. Татищева, Д.И. Фонвизина, Я.П. Козельского, П.С. Батурина и др.

Украинский мыслитель Григорий Савич Сковорода (1722-1794) заострил внимание на самосознании человека. Имевшее ярко выраженную антикрепостническую направленность, ведущее борьбу с господствующими, в официальной науке, идеализмом и теологией, просветительское движение выдвинуло в центр проблему человека. В этих условиях материалистическое решение основных психологических проблем приобретало форму борьбы за гуманизм, за освобождение от предрассудков и суеверий.

4 стр., 1512 слов

Психология и бизнес. Россия. Конец 20 века

... - О психологии вспоминают обычно тогда, когда не срабатывают обычные, общепринятые методы решения проблем бизнеса. В этих ... негативные срабатывают самые неожиданные факторы, в том числе через бессознательное в психике. Психологи, пользуясь современными экспериментальными методами, ... психологическое удовлетворение от внимания другого человека, он подсознательно стремится вновь прийти в то место, к той ...

В связи с признанием роли науки и просвещения в развитии общества, Василий Никитич Татищев (1686-1750) утверждал идею о зависимости умственного развития от просвещения и обучения: источник индивидуального ума — опыт других людей, усваиваемый через язык и письменность.

Николай Иванович Новиков (1744-1818) — крупный организатор издательского дела в России — в печати отражал наиболее спорные вопросы о природе души, её смертности или бессмертии.

В 1796 году выходит первая русская книга, специально посвящённая психологии — «Наука о душе, или Ясное изображение её совершенств, способности и бессмертия». Её автор Иван Михайлович Кандорский (1764-1838) являлся духовным лицом (в период написания книги — деканом, а в последствии — протоиреем русской православной церкви).

Именно поэтому И. Кандорский в своей книге пишет о том, что «душа есть дух, а, значит, существо живое, разумом и свободною волею одарённое, какова есть и душа наша. Определение сие души находим мы на многих местах и Священного написания».

Необходимо подчеркнуть, что основы отечественной психологии были заложены именно в стенах Русской Православной церкви. Как и в средневековой Европе — именно в церкви служили наиболее грамотные наши соотечественники и именно там зарождались очаги нашей науки и культуры.

Основы материалистической русской психологии заложил Михаил Васильевич Ломоносов (1711-1765), великий русский учёный — энциклопедист, физик, химик, историк, философ, поэт и писатель, создатель первой грамматики русского языка, основоположник системы русского стихосложения, выдающийся организатор русской науки и просвещения в XVIIIв. Психологические воззрения Ломоносова развиваются в связи с научными исследованиями. Материалистически объясняя ощущение как продукт воздействия внешнего мира на органы чувств и подчёркивая роль мозга в различении раздражений, М. Ломоносов в своей работе «Слово о происхождении света» выдвинул трёхкомпонентную теорию цветового зрения. В самом начале XIXв. (1801) Т. Юнг, английский физик и врач, также выдвинул трёхкомпонентную теорию цветового зрения, впоследствии капитально разработанную Г. Гельмгольцем.

Особенно богата психологическими идеями работа «Краткое руководство к риторике» (1744).

Здесь Ломоносов развивает мысли о воображении, об представлениях, страстях «природа, борьба со страстями и роль ума», психологии речи.

Идеи М. Ломоносова развивали Яков Павлович Козельский (октябрь 1728-1794) — философ-материалист, выступавший против крепостничества и религиозной морали, ратовавший за справедливое, общественное устройство, и Александр Николаевич Радищев (1749-1802), также резко обличавший в своих трудах самодержавие и крепостничество.

В условиях усиления крепостного гнёта А. Радищев со всей остротой поставил проблему человека. Он ссылается на труды Гоббса, Декарта, Спинозы, Пристли, Локка, французских материалистов, обобщает успехи естествознания — труды Линнея, Бюффона, опирается на знания по медицине, «водимые светильником опытности». Базой его научных идей было революционно-демократическое мировоззрение. Однако, не меньше, чем материалистические взгляды Радищева, его психологию определяла гуманистическая этика. Полемизируя с дуализмом Декарта, Радищев утверждал, что «все силы и самая жизнь, чувствования и мысль являются не иначе как вещественности совокупны … в видимом нами мире живёт вещество одиноко родное, различными свойствами одарённое…». Он отрицал существование души как самостоятельной субстанции: «То, что называют обыкновенно душой, то есть жизнь, чувственность и мысль, суть произведения вещества единого, коего начальные и составительные части суть разнородны и качество имеют различное…». Психика является функцией известных органов тела — нервов и мозга, и без него невозможно. Большое место в трудах Радищева занимает развитие психики и, в связи с этим, сравнение психики человека и животных. Выдвигается положение о специфичности образа жизни человека: он не приспосабливаться к природе, но преобразует её, обладает речью, прямой походкой. Подчёркивается особая роль руки, высокое развитие мозга. Качественное отличие ощущений человека связывается со своеобразием его знаний. Особенно отмечается роль занятий искусством, вооружённость различными средствами — всё это расширяет возможности органов чувств «до беспредельности». Отдельно указывается на роль языка и речи в формировании индивидуального сознания. Особо А. Радищев отмечает роль воспитания в развитии разума, воздействие на человека общества (путём подражания и соучастия в переживаниях).

8 стр., 3684 слов

Психология человека

... с загадками психологии детской игры. Во-вторых, в психологии человек одновременно выступает и как объект, и как субъект познания. Происходит уникальное явление: научное сознание человека становится научным ... и концепции научной психологии влияют на житейские представления людей о психической жизни. В разговорный язык проникают научные психологические понятия, и люди начинают активно использовать ...

Большое внимание уделяется проблеме способностей. Вопросу о бессмертии души А.Н. Радищев посвящает философский тракт «О человеке, о его смерти и бессмертии», написанный во время ссылки в Сибири. Однако в результате мучительных размышлений, Радищев всё же приходит к выводу о неразрушимости специфически человеческой особенности — «мысленности». Через сомнения, допуская непоследовательности в рассуждениях, Радищев пытается выявить силу, которая обеспечивает единство — «сцепление» — всех составляющих человека частей и сил. Он подчёркивает активную природу человеческого мышления, выражением которой является внимание. Власть человека распространяется не только на мысль: столь же властен человек над своими желаниями и страстями, да и над телом. Всё это приводится как доказательство бессмертия души. «Человек до разрушения тела своего не может ничтожествовать… мысленность его, будучи всех сил естественных превосходнее и совершеннее, исчезнуть не может». Этот вывод, на истинности которого Радищев не настаивает, «мечта ли то будет, или истинность», несёт большую эмоционально-нравственную нагрузку и, являясь уступкой религиозной идеологии, нужен Радищеву — человеку, находящемуся в дали от друзей, глубоко скорбящему о судьбах своего угнетённого народа.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что психологические проблемы, развиваемые в передовой науке и философии XVIIIв. дали начало материалистическим и демократическим традициям отечественной философии и психологии XIX века.

II. Развитие психологии в россии В ХIХ веке

Русская психологическая мысль в ХIХ в. развивалась в связи с общественной мыслью и успехами в естествознании, в творческом усвоении достижений мировой философии и психологии. ХIХ век в России был временем разложения феодальной формации, завершившимся глубоким кризисом феодализма в З0-50-е гг. На разложение и кризис феодализма большое воздействие оказывали рост антикрепостнической борьбы угнетенных масс, в первую очередь крестьянства, возникновение и развитие революционного движения, начало которому положили декабристы. Кризис феодализма в России нашел свое разрешение в отмене крепостного права в результате крестьянской (1861) и других буржуазных реформ и утверждения капитализма. События социально-экономической жизни получили отражение в борьбе различных направлений общественно-исторической мысли. В идейной жизни конца 20-х начала 30-х гг. официально дворянскую линию представляло консервативное движение (С.С. Уваров, М.П. Погодин, С.П. Шевырев).

10 стр., 4830 слов

Психология человека

... реферата, является изучение особенностей человеческой психики, их проявление и значение. Познавательные процессы Природа одарила каждого человека способностью к по знанию того мира, ... полноту и ясность отображения в сознании объектов, с которыми субъект ... развития становится свойством личности, ее постоянной особенностью, которая называется внима тельностью. Внимательный человек - это человек ...

Эта линия защищала помещичье-крепостную идеологию «официальной народности», обосновывая идею единения царя и народа, сохранения самобытности крепостной России, которая крепка «тремя коренными чувствами» — самодержавием, православием, народностью.

Как ответ на вопрос о путях развития России на рубеже 30-40-х гг. сложились два течения — либерально-буржуазное западничество (Т.Н. Грановский, К.Д. Кавелин, К.П. Боткин, Е.Ф. Корш, П.В. Анненков и др.) и либерально-дворянское славянофильство (А.С. Хомяков, братья И.В. и П.В. Киреевские, братья К.С. и И.С. Аксаковы, Ю.Ф. Самарин).

Споры между западниками и славянофилами были важной частью общественного движения своего времени. Революционно-демократическое направление в эти годы представляли В.Г. Белинский, А.И. Герцен, а также петрашевцы.

После реформы 1861г. в условиях быстрого развития капитализма и обострения классовой борьбы получила развитие философия революционеров-демократов Н.Г. Чернышевского, Д.И. Писарева, Н.А. Добролюбова, философия народничества. Почвенничество и «боготворчество» Л.Н. Толстого и Ф.М. Достоевского защищало идею о «народной почве», о самобытности России, искало третий путь в решении проблем пореформенной России. Линию идеалистической философии представлял В. Соловьев, а также академические философские направления: неокантианство (А.И. Введенский, И. Лапшин, П. Новгородцев), позитивизм, интуитивизм (Н. Лосский), неогегельянство (Б. Чичерин, Н. Дебольский), спиритуализм (Л. Лопатин), экзистенциализм (Л. Шестов, Н. Бердяев).

В рамках этих философских направлений развивалась идеалистическая умозрительная психология, в частности, в Московском и Петербургском университетах.

В ХIХ в. большие успехи сделало отечественное естествознание. Отметим лишь некоторые из них, оказавшие особенное влияние на развитие психологии. Одним из ярких достижений эволюционной мысли до Ч. Дарвина явились диалектические взгляды на природу, развиваемые К.Ф. Рулъе (1814-1858).

В 1845-1846 гг. его курс публичных лекций на тему «Об образе жизни животных» высоко оценил А.И. Герцен, указав на глубокий методологический смысл данных о психологии животных, этой «дочеловеческой феноменологии развертывающего сознания», позволяющей понять возникновение человеческого сознания и его качественные отличия от психики животных. В капитальном труде «История развития животных» (1828-1837) основы эмбриологии заложил К.М. Бэр (1792-1876).

Во второй половине ХIХ в. действовал микробиолог, лауреат Нобелевской премии, создатель учения о фагоцитозе И.И. Мечников (1845-1916).

Его труды «Этюды о природе человека» и «Этюды о природе оптимизма» пользовались большой популярностью. В ХIХ в. было положено начало пропаганде дарвинизма в нашей стране, для которой особенно много сделали И.М. Сеченов, Д.И. Писарев, Н.Г. Чернышевский, К.А. Тимирязев. Большие успехи имела русская физиология. Во второй половине ХIХ в. развернулась деятельность основоположника отечественной научной физиологии И.М. Сеченова.

В ХIХ в. выходит ряд трудов по психологии Д. Велланского, П. Любовского, А. Галича. Александр Галич (1783-1848) — учитель А.С. Пушкина, затем экстраординарный профессор кафедры философии Петербургского университета (1817-1837).

В книге «Картина человека» (1834) выступает как оригинальный ученый и развивает новые для своего времени идеи о связи психики с деятельностью человека в условиях общественной жизни: человек — не только природное существо. В его страстях отражаются отношения к другим людям, к ценностям общества.

Сложные вопросы о природе психики и задачах психологии поднимал Александр Иванович Герцен (1812-1870).

Психика — это особая функция мозга, отличная от функций других органов, например, печени и т.п. У физиологии и психологии разные задачи: задача физиологии — изучение организма, психология же уходит совсем в другой мир. Попытки преодолеть механистическую ограниченность в понимании психики связаны с идеями Герцена о качественном своеобразии человеческой психики, в отличие от психики животных, причина которого — в историческом развитии человека. Поэтому психология, отправляясь от физиологии, должна также основываться на философии и истории. А.И. Герцен материалистически решает проблемы психологии познания, развивает идеи о соотношении разума и чувства, критикует индивидуалистический подход к мышлению в сенсуалистических концепциях Локка и Кондильяка. Важное место в системе его психологических взглядов занимали проблемы личности. Личность — не пассивный продукт среды. Герцен защищал идею о «деянии» как существенном факторе духовного развития человека. Особенное внимание Герцен уделяет проблеме свободы воли. Она стала предметом острых споров между идеалистами и материалистами в русской психологии 1860-80-гг. Ее обсуждал Н.Г. Чернышевский в «Антропологическом принципе в философии» (1860), в романе «Что делать?» (1863).

Ее касался также и Герцен. Она имела острое общественно-политическое звучание. Материалисты часто упрощенно трактовали вопрос о свободе воли, что приводило к фатализму. Герцен отказывается от идеалистического догмата о «свободной воле», ни от чего не зависящей и ничем не определяемой. Также неприемлем и абсолютный физиологический детерминизм: «Действие, несомненно, является функцией организма, но оно не является обязательным и непроизвольным, подобно дыханию или пищеварению. Физиология разлагает сознание свободы на его составные элементы, упрощает его». Для объяснения чувства свободы необходимо перейти на другой уровень объяснения. У человека есть «способность, состоящая из разума, страсти и воспоминания, взвешивающая условия и определяющая выбор действия». Это сознание. Его анализ ускользает от физиологии и требует исторического подхода, его обеспечивает социология. «Для нее человек — это нравственное существо, т.е. существо общественное и обладающее свободой располагать своими действиями в границах своего сознания». Так Герцен, отвергая индетерминизм в трактовке человеческих действий, указал на социально-историческую обусловленность высших проявлений личности, в том числе воли.

Николай Александрович Добролюбов (1836-186) выступил с последовательной критикой дуализма, утверждая взгляд на человека как на одно целое, нераздельное существо. Со всей силой своего полемического таланта он разоблачал френологические взгляды, имеющие распространение в русском обществе, выступал против вульгарного материализма, который «… унижает высокое значение духовной стороны человека, стараясь доказать, будто душа человека состоит из какой-то тончайшей материи». Добролюбов обосновывал взгляд на психические процессы как детерминированные, имеющие причину во внешнем мире.

Психологические взгляды Николая Гавриловича Чернышевского (1828-1889) строились на основе принципов философского материализма в его антропологической форме. Согласно Чернышевскому, сущность антропологического принципа составляет такой подход, в соответствии с которым «на человека надобно смотреть как на одно существо, имеющее только одну натуру, чтобы рассматривать каждую сторону деятельности человека как деятельность или всего его организма от головы до ног включительно, или, если она оказывается специальным отправлением какого-нибудь особенного органа в человеческом организме, то рассматривать этот орган в его натуральной связи со всем организмом». Выступая против дуализма в психологии, Чернышевский различал в человеке два рода явлений: материальные (человек ест, ходит) и нравственные (он думает, желает), т.е. психические. Чернышевский требовал причинного подхода в психологии: «… в психологии всюду нужно искать причины». Научная психология должна выйти за пределы сознания в целях познания его причин. Решение этой задачи против обособителей психического продолжил позже И.М. Сеченов.

В понимании психики Чернышевский выступил против функционального подхода, закреплявшего психологический атомизм. Мышление, память, воображение принадлежат личности и должны рассматриваться в связи с деятельностью человека в соответствии с определенной потребностью. Чернышевский развивает мысли о специфике человеческих потребностей, в которых, в отличие от биологических потребностей животных, интересность органического процесса отходит на задний план. Подчеркивается мысль о производстве потребностей в жизни, в активной деятельности. Чернышевский различал характер и темперамент. Характер определяется условиями жизни, воспитанием и поступками человека. Темперамент обусловлен природными факторами, но даже и он подвержен влиянию социальных условий. Мысли о социальной природе характера выводят Чернышевского за границы антропологического принципа в понимании человека как органического существа. Он разрабатывает также понятие «народного характера» как совокупности умственных и нравственных качеств различных народов. В то же время изучение национальной психологии народов Западной Европы приводит его к выводу, что национальные различия стираются в условиях классовых и профессиональных разделений общества. «По образу жизни и по понятиям земледельческий класс всей Западной Европы представляет как будто одно целое; то же должно сказать о ремесленниках, о сословии богатых простолюдинов, о знатном сословии».

С критическим рассмотрением идей Н.Г. Чернышевского выступил философ и педагог, учитель В. Соловьева Памфил Данилович Юркевич (1827-1874).

В статьях «Язык физиологов и психологов», «Наука о духе», написанных по поводу работ Н.Г. Чернышевского и близкого к нему по взглядам М.А. Антоновича, П.Д. Юркевич рассмотрел их трактовку психических явлений. Ее принципиальную недостаточность он видел в рассмотрении психологии по образцу естествознания. В такой позиции он усмотрел опасность сведения психологии к физиологии. В противоположность этому П.Д. Юркевич отстаивал самостоятельность психологии как науки о внутреннем чувстве.

Важной областью развития русской психологической науки была педагогика. Связанная с передовым движением в области народного просвещения непосредственно в предреформенный период, но особенно в 60-х гг. ХIХ в., она привлекала внимание не только специалистов, но всей прогрессивной русской общественности. Исключительный общественный резонанс получила статья выдающегося русского хирурга Николая Ивановича Пирогова (1810-1881)»Вопросы жизни» (1856), в которой проводится мысль о примате задачи воспитания личности перед обучением в процессе подготовки будущих специалистов к деятельности в различных областях социальной практики. По оценке Константина Дмитриевича Ушинского (1824-1871), идеи Пирогова «пробудили спавшую у нас до тех пор педагогическую мысль, а выдвинутый им принцип воспитания, прежде всего человека в человеке должен стать требованием здравой педагогики, основанной на психологии». Органичное соединение педагогики с психологией происходит в фундаментальном произведении русской педагогической мысли — труде К.Д. Ушинского «Человек как предмет воспитания» (1868-1 т.; 1869-2 т).

Здесь были использованы достижения всей мировой философско-психологической мысли. «Когда берешь в руки книгу Ушинского, — писал П.П. Блонский, — то, прежде всего поражаешься объемом синтеза у Ушинского». Признавалась исключительная роль деятельности, особенно труда, в духовном развитии, в формировании характера и нравственных качеств. Труд Ушинского явился предтечей отечественной детской и педагогической психологии. Переход к ней осуществил Петр Федорович Каптерев (1849 — 1922), автор «Педагогической психологии» (1877).

Характерен уже эпиграф книги: «Я хочу свести все обучение на психологическую почву».

Связь психологии с педагогикой означала выход психологии в прикладные области. Другой такой областью стала промышленная практика. В 80-х гг. ХIХ в. в связи с развитием капиталистического производства в России появляются работы по учету психики человека в труде, с чем связаны надежная работа персонала, устранение причин нарушений его деятельности, подбор и обучение людей. К психологии обращаются юристы, военные деятели, психиатры, физиологи. По Е.А. Будиловой, в рамках Русского географического общества еще в конце 1840-х гг. возникли замыслы «психической этнографии» (Н.И. Надеждин, К.М. Бэр, К.Д. Кавелин и др.), создана программа по изучению психологии народов России. Эти исследования положили начало новой отрасли — психологии народов, возникновение которой традиционно связывается с деятельностью М. Лацаруса и Г. Штейнталя (1859, Германия).

Во второй половине ХIХ в. одним из источников психологических знаний явилось языкознание. Колоссальным событием было появление толкового словаря Владимира Даля (т.1-4, 1863-1866).

Особое значение для психологии имела развернувшаяся в Харькове деятельность замечательного лингвиста, создателя научной школы исторического языкознания Александра Афанасьевича Потебни (1835-189).

Обсуждаемые в его трудах («Мысль и язык», «Из записок по русской грамматике», «Из записок по теории словесности. Поэзия и проза. Тропы и фигуры. Мышление поэтическое и мифическое») вопросы языка, взаимосвязи языка, чувственного познания и мышления, единства сознания и языка раскрывали проблему исторического развития человеческого сознания, его социальную природу. Потебня прослеживает также развитие самосознания в процессе жизни человека, указывая на язык как его важнейшее условие. У Потебни получают разработку идеи выдающегося немецкого мыслителя и лингвиста Вильгельма фон Гумбольдта (1767-1835) о социальном характере языка. По Гумбольдту, язык не просто внешнее средство общения людей, он — продукт «языкового сознания» народа, определяет его «дух». Согласно Гумбольдту: «… язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, откуда человеку дано выйти лишь постольку, поскольку он тут же вступает в круг другого языка». Разные народы отличаются не по биологическим, расовым и т.п. признакам, а своим «видением мира». Поэтому знание нескольких языков обогащает представление о мире. Гумбольдт выдвинул проблему внутренней формы языка, которая была основательно развита в отечественной психологической науке А.А. Потебней, а позже Г.Г. Шпетом (1927), Д.Н. Узнадзе (1948).

Прослеживая путь образования слова и исходя из идеи исторического развития языка и сознания, Потебня различает в слове внешнюю форму, т.е. членораздельный звук, содержание, объективируемое посредством звука и соответствующее понятию, и внутреннюю форму, или ближайшее этимологическое значение слова, тот способ, каким выражается содержание. Слово есть орудие мысли и служит для ее объективации. Тем самым, Потебня стал инициатором построения культурно-исторической психологии, черпающей информацию об интеллектуальном строе личности в объективных данных о прогрессе национального языка как органа, образующего мысль. Музыка, живопись также являются формами объективации мысли, но внелингвистическими, хотя и производными от языка. В них есть эти три аспекта: содержание (идея), внутренняя форма (образ) и внешняя форма. Развитие сознания идет от языка чувств к языку мыслей. Путь образования слова таков: чувство отражается в звуке в форме представления. Первой ступенью духовной жизни является мифологическое сознание, следующими — художественно-поэтическое и научное. В мифологическом сознании «мир существовал для человечества только как ряд живых, более или менее человекообразных существ, когда в глазах человека светила ходили по небу не в силу управляющих ими механических законов, а руководствуясь своими соображениями… считать создание мифов за ошибку, болезнь человечества, значит думать, что человек может разом начать со строгой научной мысли, значит полагать, что мотылек заблуждается, являясь сначала червяком, а не мотыльком». История языка помогает проследить путь развития человеческого познания от мифа к поэтическому мышлению и от него к науке как единый процесс движения от языка чувств к языку мыслей. «Самый миф сходен с наукой в том, что и он произведен стремлением к объективному познанию мира».

Появление собственно психологических трудов — статей И.М. Сеченова, диссертации Г. Струве «Самостоятельное начало душевных явлений» (1870), книги К.Д. Кавелина «Задачи психологии» (1872) — означало переход к новому этапу в развитии русской психологической мысли: психология становится самостоятельной наукой.

III. Основные направления отечественной психологии XIXначала XXвека

Ткань национального самосознания пронизывали различные направления во взглядах на предназначение русского народа, на рабство и свободу человека. Их конфронтация имела социоэкономическую подоплеку. Одни выражали интересы обездоленного русского мужика. Другие — правящего строя, идеологи которого ратовали за выход из кризиса путем либеральных реформ. Оба направления, сосредоточившись на проблеме человека как особой целостности, где телесное и духовное нераздельны, трактовали эту нераздельность с радикально различных позиций: антропологической и теологической. У истоков каждой из них стояли выдающиеся мыслители. У первой — Николай Чернышевский, у второй — Владимир Соловьев. Они заложили в России традиции человекопознания, исходя из противостоявших друг другу способов осмысления природы личности.

К антропологическому принципу Чернышевского восходит русский путь в науке о поведении — от Сеченова до Павлова и Ухтомского. К теологическому принципу Соловьева восходит апология нового религиозного сознания, в трудах Н.А. Бердяева, С.Н. и Е.Н. Трубецких, С.Л. Франка и др. И новое учение о поведении и апология «нового религиозного сознания» являлись плодами русской мысли — двух ее мощных течений: естественно — научного и религиозно-философского.

естественно-научное направление

рефлекторную теорию психического

И. М Сеченов так сформулировал задачу психологии: «Научная психология…не может быть ни чем иным, как рядом учений о происхождении психических деятельностей». Объяснить происхождение — значит показать протекание психического акта: его начала, центральную фазу и конец. В такой трактовке задачи психологии заключено требование выйти за пределы сознания в систему объективных отношений человека с миром, раскрыть условия, определяющие тот или иной характер действия человека, описать внешнее проявления психических явлений, то есть отнестись к фактам сознания научно, объективно. Указав на бесплодность интроспективного метода, Сеченов развивает идеи генетического подхода в психологии. Он требует не ограничиваться описанием, а искать «реально — психическую подкладку» изучаемых явлений сознания. Сеченов развивает представления об активном деятельностном характере чувственного познания. Эти идеи Сеченова встретили критику. Программа Сеченова подводила к изучению целостного поведения. В своём принципиальном содержании эта задача решается и в современной психологии. В то же время в программе Сеченова, базирующейся на естественно-научном материализме, свойственна историческая ограниченность. Признавая социальную обусловленность человеческого сознания, отмечая «преемственный ход развития всего психического содержания по мере накопления знаний», Сеченов не смог включить эту реальность в свою программу. Его подход намечал путь объективного исследования явлений сознания в основном как продуктов взаимодействия индивида с предметным миром. Используя генетический метод, Сеченов показывает, что речевое — символическое абстрактное мышление и волевой акт личности, самосознание «Я» имеют свои генетические корни и в открытой для объективного наблюдения в системе отношений.

Естественно-научное направление

религиозно-философское направление

В Московском университете сторонником английского эмпиризма выступил Матвей Михайлович Троицкий (1835-1899).

Он дал критику немецкой идеалистической психологии за её отрыв от эмпирии и пропагандировал в России английскую линию на эмпиризм. Троицкий явился основателем Московского Психологического Общества (1885).

Целью общества он провозгласил «соединить разрозненные труды психологического характера в целях более широкой и плодотворной разработки психологии в её составе, приложениях и истории и для распространения в России». На заседаниях общества обсуждались не только психологические, но и философские вопросы (о духе и материи, о свободе воли, о времени).

Создание общества явилось свидетельством растущего авторитета психологии в России.

Преемник Троицкого Николай Яковлевич Грот (1852-1899) явился крупным организатором русской психологии в 1880-90-х гг. основал и до 1899г. был редактором журнала «Вопросы философии и психологии», который хорошо отразил состояние отечественной, в основном идеалистической, психологии и науки конца IIXначала XX века. Его основной труд «Психология чувствований в её истории и главных основах» (1880) — капитальное исследование проблемы чувств. Здесь изложена также его общепсихологическая позиция. Грот рассматривает психическую жизнь как один из видов взаимодействия организма со средой. Заслуживает внимание его теория психического оборота: в каждом психическом акте 4 фазы, вместе они составляют оборот, который является регулятором взаимодействия организма со средой. В статье «Основания экспериментальной психологии» (1895) выступил в защиту эксперимента как нового направления в исследовании душевных явлений, подчёркивая при этом необходимость чисто психологического эксперимента, в отличие от психофизиологического, каким он реально был в психологии того времени.

Важное место в отечественной психологии религиозно-философского направления принадлежит Георгию Ивановичу Челпанову (1862-1936), основателю Института психологии имени Щукиной при Московском университете (1912).

Экспериментальный метод — притом, что Челпанов активно его пропагандировал, — оставался для него, тем не менее, второстепенным по отношению к самонаблюдению. В первой научной работе «Общие результаты психометрических исследований» (1888) указал на приложимость экспериментальных методов к изучению психических явлений, причём заметил, что это не исключает, но предполагает использование интроспективного метода. В обширном исследовании «Проблема восприятия пространства» проанализировал огромный материал по этой проблеме, рассмотрел гипотезы нативизма и эмпиризма в объяснении восприятия пространства. В книге «Мозг и душа» (1900) подверг тщательному анализу многочисленные факты связи между психическими и физическими явлениями и нашёл, что наиболее приемлемой является гипотеза психофизического параллелизма в её эмпирической форме. Из принципа параллелизма следует признание самостоятельности психологии как науки, пользующейся интроспективным методом. В вводной лекции «Об отношении психологии к философии» (1907) показал зависимость построения психологии как науки от философских предпосылок. Ряд работ посвятил проблеме методов в психологии (учебник «Введение в экспериментальную психологию» 1915).

В советский период с начала 1920-х годов в науке развернулась компания по внедрению марксизма. Психология Челпанова была оценена как идеалистическая и признана несоответствующей марксизму. В связи с этим в 1923г. Челпанов был смещён с поста директора Психологического института и уволен из университета.

Заметную роль в отечественной психологии сыграл ученик Челпанова Густав Густавович Шпет (1879-1937).

Критикуя абстрактные построения психологии, отделившейся от философии и обратившейся к физиологии, выступил с требованием восстановить тесную связь психологии с философией, подчёркивая, что эта связь «не мнимая, не иллюзорная, не результат субъективного мнения, а по существу необходимая…».

философской психологии (

Научное противостояние различных направлений в психологии в послереволюционные годы было отягощено и новой идеологической ситуацией, связанной с политической перестройкой общества и переориентацией науки на философию марксизма. Критика марксизма приобрела «тотальный» характер, а его сторонники представляются своего рода непременными злодеями или конъюнктурщиками. Марксизм оказал серьёзное влияние на отечественную психологию в силу заложенного в нём гуманистического потенциала. Именно этот аспект (но не программа перестройки общества) определил позицию А. Адлера (защита «маленького человека») или Э. Фромма (проблема отчуждения человека в обществе).

Марксизм позволил, во многих отношениях, увидеть человека не как «Робинзона», а деятеля, включённого в социальный мир, творящего его и творимого им. В отечественной науке ситуация намного сложнее. И в психологии действовали, наряду с другими, многочисленные идеологи от науки, по сути, паразитировавшие на идеях К. Маркса. Но были и те, кто пришёл к марксизму, независимо от политической ситуации и до её возникновения и развивавшие марксизм часто в противостоянии его официальным толкованиям — именно развивавшие, а не догматически следовавшие ему.

реактология,

Таких же принципов придерживался психолог и педагог Павел Петрович Блонский (1884-1941), также трактовавший психологию как науку о поведении живых существ (но обозначавший принципиальные особенности социального поведения).

Именно с этими именами связаны основные достижения советской психологии.

Рассмотрение теоретических концепций, сложившихся в психологии к началу XXв., подтверждает справедливость оценки, которую дал Н.Н. Ланге, сравнивший положение психологии, раздробленной на ряд направлений, с Приамом, сидящем на развалинах Трои. В начале 10-х годов XXв. психология вступила в новый период своего развития — период открытого кризиса.

перцепции:

объективную психологию,

Иван Петрович Павлов (1849-1936) не создал собственной психологической концепции, но влияние, которое он оказал на развитие психологии, как мировой, так и отечественной, несомненно велико и плодотворно. Вся дальнейшая работа Павлова была направлена на изучение условно-рефлекторных связей, условий их образования, развития, угасания. Подчёркивался биологический смысл условных рефлексов: они служат для уравновешивания организма с внешней средой. Условные раздражители имеют сигнальное значение: они — сигналы внешних возбудителей безусловных рефлексов. В опытах Павлова выступила необходимость подкрепления и ориентировочного рефлекса для образования новой связи. Освоение наследия Павлова психологии прошло сложный путь и связано с вопросами предмета психологии и её самостоятельности как науки. В России учение Павлова об условных рефлексах было основным и определяющим фактом для развития естественно-научной психологии. Однако в условиях идеологического давления, которое испытывала наука в советский период, произошла абсолютизация и догматизация Павловского учения, а его распространение превратилось в прогресс насильственного насаждения в психологию и другие области исследования (медицину, педагогику, языкознание и др.).

После проведённой по личному указанию И.В. Сталина в 1950-х годах объединенной научной сессии Академии Наук СССР и Академии медицинских наук СССР, посвящённой проблемам физиологического учения И.П. Павлова, в психологии была поставлена задача её перестройки на основе Павловского учения. Происшедшую в 50-х г. переориентацию психологии на Павловское учение хорошо отражает заголовки работ тех лет, когда каждая проблема рассматривалась «в свете трудов И.П. Павлова». Освобождённое от искажений и идеологических деформаций учение Павлова продолжает сохранять своё значение для понимания поведения и его причинного объяснения.

экспериментальной психологии

закон перцепции и теория волевого внимания —

В поддержку эксперимента выступил влиятельный Н.Я. Грот. В докладе «основания экспериментальной психологии», с которым он выступил в Московском Психологическом Обществе, Грот выдвинул задачу разработки собственно психологического эксперимента, который должен, в отличие от эксперимента в естествознании, учитывать сознание, самосознание человека. Грот поддержал идею Ланге о необходимости учреждения психологических лабораторий при университетах.

В 1901г.А.П. Нечаев организовал лабораторию экспериментальной психологии при Педагогическом музее военно-учебных заведений. Он подчёркивал значение экспериментальной психологии для выработки целесообразных приёмов школьного обучения и решения спорных вопросов дидактики и методики. Нечаев развернул экспериментально-психологические исследования основ школьного дела. По его инициативе были организованы (1906 и 1909) Всероссийские съезды по педагогической психологии и экспериментальной педагогике. На съездах обсуждались принципы и методы психологического исследования, проблемы соотношения теории и эксперимента.

Так же крупнейшим событием в истории отечественной экспериментальной психологии явилось открытие Психологического института при историко-филологическом факультете Московского университета (1912), основателем которого был Г.И. Челпанов. Задачу эксперимента он видел в том, чтобы сделать возможным точное самонаблюдение, т.е. подчинил его интроспекции. Челпанову принадлежит заслуга в продуманной организации обучения психологов экспериментальным методам исследования, в основу которого был положен его учебник «Введение в экспериментальную психологию» (1915).

Так в борьбе мнений развивалась и крепла организационно-экспериментальная и прикладная психология в России дореволюционного периода. В конце IIX-начале XXв. Здесь производились психологические исследования прикладного характера также в области психологии труда.

Пятьдесят лет существования психологии как самостоятельной науки явились свидетельством её значительных успехов. Накоплена масса нового фактического материала. Были открыты новые феномены: аутистическое мышление, псевдогаллюцинации, бессознательное, личность. Психология обогатилась новыми методами и приёмами исследования. Сложились новые научные области — педология, психотехника, дефектология, дифференциальная психология. Развитие прикладной психологии в различных областях социальной практики в медицине, педагогике, производстве привело к изменению статуса психологии в обществе. Эти позитивные процессы, которые явились результатом роста науки, логики и её развития во взаимодействии с социокультурными фактами вызвали к жизни и новые проблемы. Выступило несоответствие новых данных с прежним традиционным пониманием психики. Обнаружившиеся факты неадекватности метода эксперимента в применении к исследованию сложных явлений душевной жизни вызвали критическое отношение к нему, к его возможностям. В целом психология отставала от запросов практики, а теория развивалась независимо от неё.

IV. возникновение и развитие советской психологии. Современное состояние психологии в России.

По словам современника, «совершившийся в России социальный переворот (Октябрьская революция 1917) должен был повлечь за собой соответствующий переворот в области научной мысли». В новых социально-экономических условиях и в ответ на трудности, с которыми отечественная психологическая наука вступила в ХХ век, складывается советская психология. Ее отличительной чертой является методологическая ориентация на марксизм. Была провозглашена задача создания «системы марксистской психологии», т.е. науки, построенной на основе марксистской философии, применяющей диалектический метод к разрешению психологических проблем. На этот путь она вступила в начале 20-х годов и на протяжении нескольких десятилетий не имела возможности свернуть с него. В первые годы после Октябрьского переворота в психологической науке ведущую роль играло естественно-научное направление, провозгласившее союз с естествознанием и выступавшее с идеями построения психологии как объективной науки. Борьбу за марксистскую психологию возглавил московский Психологический институт, директором которого в конце 1923 г. был назначен К.Н. Корнилов. Его доклад «Психология и марксизм на I Всероссийском съезде по психоневрологии (январь 1923) положил начало официально поддерживаемому процессу перестройки психологии на основе марксизма. Представление об этом процессе «марксизации и коммунизации» науки и об изменениях в психологии дают издания начала 20-х годов. В условиях растущей идеологизации общественной жизни и науки с приходом к власти Сталина марксизм превратился в единственную официальную обязательную методологическую предпосылку психологии. В то же время необходимо отличать искренние устремления ученых, увлеченных учением Маркса и пытающихся творчески его использовать, от такого насаждаемого административными методами войны с инакомыслящими внедрения догматизированного учения Маркса в ткань научного исследования. К тому же во многих случаях ссылки на произведения Маркса и Ленина часто были чисто внешними и лишь вуалировали результаты исследований, полученных объективным научным путем.

История развития психологии в советский период свидетельствует о том, что она не была однородной. Осуществлялись исследования, более непосредственно ориентированные на материализм естественно-научного характера. Известны критические выступления Павлова, направленные против монополизации марксизма в науке. Сосредоточенность ученых на специальных вопросах и темах психологической науки позволяла преодолевать конъюнктурщину, политизацию и идеологизацию, добиваться крупных успехов в области теории и практических прикладных исследованиях. Именно в после-октябрьский период в отечественной психологии были разработаны крупнейшие концепции, обогатившие мировую психологическую мысль: культурно-историческая теория Л.С. Выготского, субъектно-деятельностная психология С.Л. Рубинштейна, психология деятельности А.Н. Леонтьева, установки Д.Н. Узнадзе. Психологи активно участвовали в социалистическом строительстве, и прежде всего — в области рационализации производства. В статье «Очередные задачи советской власти» В.И. Ленин призывал «использовать все научные приемы работ, которые выдвигает система Тейлора», ибо «без нее повысить производительность труда нельзя, а без этого мы не введем социализма». При этом Ленин указывал, что тейлоризм за рубежом «представляет из себя последнее слово самой бесшабашной капиталистической эксплуатации». Введение системы Тейлора в России должно «соединить эту систему с сокращением рабочего времени, с использованием новых приемов производства и организации труда без всякого вреда для рабочей силы трудящегося населения». Здесь же Ленин отмечал, что «переход к такой системе потребует очень много новых навыков и новых организационных учреждений».

психотехники

В разработке задач и методов исследования советская психотехника развивалась в русле мировой прикладной психологии. И.Н. Шпильрейн был представителем СССР в президиуме Международной психотехнической ассоциации (МПА), а в 1930-31 гг. — президентом МПА. Советская наука была широко представлена на 4 Международном съезде по психотехнике (Париж, 1927).

Из работ съезда и обмена мнений выяснилось, что постановка работ и достижения советской психотехники вполне могут быть поставлены на один уровень с западноевропейской наукой, а в вопросах профессиографирования — выше. В 1931г. в Москве проходила 7 Международная психотехническая конференция, организованная МПА. В то же время уже в начале 20-х гг. появляется тенденция к отделению советской психотехники от зарубежных исследований. Высказываются мысли о классовом характере психотехники. В статьях И.Н. Шпильрейна «О повороте в психотехнике», «К вопросу о теории психотехники» (1931) эта мысль превращается в тезис о противопоставлении буржуазной и советской психотехники и выдвигается требование проведения классового подхода в области теории и практики психотехнических исследований. Особенно ожесточенной критике был подвергнут метод тестов как основное средство психотехнических испытаний при решении проблемы кадров. В обстановке дискуссий, критики и самокритики уже с начала 30-х гг. начинается свертывание работ по психотехнике. В январе 1935г. был арестован И.Н. Шпильрейн. В декабре 1937г. он погиб. В 1936г. С.Г. Геллерштейн был отстранён от научной деятельности в области психотехники. В середине 30-х гг. вся система психотехнических учреждений была разгромлена. В 1934г. закрылся журнал «Советская психотехника». Последняя психотехническая лаборатория в Ленинграде была закрыта в 1940 г. Разгром психотехники привел к свертыванию работ по психологии труда, которое продолжалось до 1950-х гг. В 1957г. в Москве по инициативе Института психологии Академии педагогических наук РСФСР состоялось специальное совещание по вопросам психологии труда. С этого времени начинается восстановление исследовательской работы в области отечественной психологии труда.

педология

Как наука новая, не вполне установившая свои границы и точное свое содержание, педология не выработала какого-то единого определения своего предмета. В области теории педологию отличала эклектичность, механическая связь данных отдельных научных дисциплин, изучающих ребенка. В конечном счете, признавалось, что в педологии не было теории, адекватной предмету исследования — развивающемуся ребенку. Большую проблему в педологии представлял вопрос о методах. Признавалось разнообразие используемых методов. Как отмечал П.П. Блонский, изучение развития ребенка надо начинать с наблюдения конкретных фактов этого развития. М.Я. Басов разработал метод научного наблюдения. Эта методика сохраняет свое значение в современном психологическом исследовании, которое обязательно включает данные специально организованного наблюдения. Рекомендовалось также использование анкет (Н.А. Рыбников, А. Болтунов), естественного эксперимента (А.Ф. Лазурский).

В общем провозглашался принцип использования разных методов в зависимости от разных условий. Особое внимание обращалось на использование статистики. В системе методов и методик широкое применение получил метод тестов.

С самого начала педологию отличала направленность на практическое решение задач, стоящих перед школой. Она ставила перед собой цель «представить синтез материалов о ребенке и о детском коллективе, которые были бы использованы для нужд социалистического воспитания в применении к основным целям коммунистической педагогики». По всей стране развернулась работа по созданию сети педологических учреждений. В существовавших институтах открывались педологические лаборатории и секции. Была создана сеть низовых педологических ячеек и провинциальных учреждений, на первом плане в работе которых стояли тестовые обследования учащихся по определению успешности, умственного возраста и профотбору. На педологов были возложены обязанности комплектования классов, организации школьного режима, изучение причин неуспеваемости и разработка мероприятий по борьбе с ними и др. В области применения педологии к педагогической практике были допущены серьезные ошибки, выразившиеся в нередко необоснованных оценках педагогически запущенных детей как дефективных и отправленных на этом основании в специальные школы. Это явление стало массовым, так что появилось большое число специальных школ. Для них не было создано специальной программы обучения: существовавшие программы принципиально не отличались от таковых для общих школ, они были лишь менее интенсивными и более растянутыми во времени. Это вызывало недовольство родителей и педагогов и, что главное, вступало в противоречие с государственной идеологией равенства советских людей. В связи с этим в «Правде» и других средствах массовой информации появляются призывы защитить советских детей от «изуверов-педологов». Одновременно внутри педологии развернулась широкая кампания по критике и самокритике. В журналах появляются разгромные статьи, в которых научная критика уступила место политической и идеологической травле. Все завершилось Постановлением ЦК ВКП (б) «О педологических извращениях в системе Наркомпроса» от 4 июля 1936г. ЦК ВКП (б) осудило теорию и практику педологии. Постановление упразднило педологию, объявив ее лженаукой; потребовало ликвидировать педологическую практику, раскритиковать теорию педологии, полностью восстановить в правах педагогику и педагогов. Работы педологов и психологов, связанных с педологией (М.Я. Басова, Л.С. Выготского, П.П. Блонского и др.), были подвергнуты разгромной критике, изъяты из библиотек и тем самым из научного оборота. Их возвращение в фонд нашей науки началось с 1960-х гг.

Упразднение педологии получило широкое освещение в нашей литературе постсоветского периода и рассматривается по преимуществу в идеологическом аспекте губительного влияния, которое оказал на науку тоталитарный режим. В то же время собственно предметный научный и методологический анализ педологии как варианта комплексной науки оказался отодвинутым и проделан историками недостаточно. Хорошую основу для такой работы представляет полная библиография, включающая всю литературу по педологии за период с 1917-1990 гг.

Одновременно с прикладными исследованиями в послеоктябрьский период развернулась большая теоретическая работа. Ее главное содержание составила линия на обновление психологии в духе марксизма. Наряду с этим в первые послеоктябрьские годы сохранялась преемственная связь с предшествующим этапом развития отечественной науки. До 1922г. действовало Московское Психологическое Общество. Продолжались исследования в школе Г.И. Челпанова в московском Психологическом институте. Как в этом институте, так и в других научных учреждениях, проводились психофизиологические исследования в области зрительных ощущений (С.В. Кравков, Б.М. Теплов).

Кравков опубликовал ряд работ по теоретическим проблемам психологии. В очерке «Самонаблюдение» (1924) дал детальный исторический обзор этого метода, описал его варианты, выявил трудности и возможности интроспекции, указал на ценность данных интроспекций в психологическом исследовании. В монографии «Внушение. Очерк психологии и педагогики» (1924) дал детальный анализ явления внушение, описал проявления внушений в нормальном и гипнотическом состояниях. В адресованной педагогам книге «Очерк психологии» (1925) представил современные данные об общих вопросах психологии (целостности человека, о тесной взаимной связи душевных и телесных свойств нашего существа, о ступенях и закономерностях развития и роста в процессе онтогенеза) и сведения по специальным разделам психологии от восприятия до воли.

В развитии взглядов В.М. Бехтерева произошел переход от объективной психологии к рефлексологии. В 1925-29 гг. Владимир Александрович Вагнер (1849-1934) опубликовал «Этюды по сравнительной психологии» (в десяти выпусках), которые явились продолжением его капитального труда «Биологические основания сравнительной психологии». Своими исследованиями Вагнер заложил основания сравнительной психологии в России. Развивалась рефлекторная теория И.П. Павлова; в 1923г. вышел его главный труд — книга «двадцатилетний опыт», фундаментальная сводка проведенных исследований. Учение Павлова об условных рефлексах стало, как отмечал в обзорной статье 1928г.Л.С. Выготский основным и определяющим фактом для развития естественно-научной психологии в России. Оно получило официальную идеологическую поддержку как материалистическое направление. Н.И. Бухарин признал его «орудием из железного инвентаря материалистической идеологии». В 1923г. выдающийся продолжатель петербургской физиологической школы Алексей Алексеевич Ухтомский (1875-1942) выступил с учением о доминанте. Доминанту Ухтомский называл функциональным органом — термином, по-новому определяющим понятие «органа». В отличие от обычного его понимания как морфологически постоянного, Ухтомский дает динамическое его определение, характеризуя его как пространственно-временной комплекс. Так в творчестве Ухтомского естественнонаучные исследования связываются с философско-мировоззренческими проблемами человека. Понятие Ухтомского о функциональных органах получило развитие в концепции А.Н. Леонтьева, в теории функциональных систем П.К. Анохина.

В области методологии науки заметным фактом явилось исследование Владимира Николаевича Ивановского «Методологическое введение в науку и философию» (1923).

В книге даётся очерк истории философии. Обсуждаются проблемы научно-исторического познания. Рассматривается специфика научной точки зрения как высшей ступени познавательной деятельности человека в отличие от обиходного, житейского знания, религии и философии, также обсуждается их взаимное соотношение. Выявляются основные тенденций в развитии научной и философской мысли с IХ-Х вв. до настоящего времени. Ивановский предложил интересную классификацию наук. Он разделил все науки на теоретические и практические, прикладные. В свою очередь теоретические науки подразделил на математические, реально-математические и реальные (естественные в широком смысле).

Последние имеют дело с вещами, реальными предметами и процессами, с тем, что действительно существует, что есть. В эту группу наук вместе с физической химией, биофизикой и др. он включил психологию, внутри которой наметил подразделения на науки об органической природе: биология и биологическая (физиологическая) психология, психофизика, психометрия, рефлексология, учение о сознании, учение о выражении) и науки об надорганической природе (социальная психология, коллективная психология).

Об этой классификации сочувственно упоминает Л.С. Выготский в статье «Исторический смысл психологического кризиса» и присоединяется к характеристике психологии как естественной науки в этом широком смысле слова.

Для отечественной психологии первых лет ее развития после революции 1917г. было характерно пристальное внимание к достижениям мировой психологической науки. Советские ученые принимали участие в международных конгрессах и научных конференциях.

Настроения советских психологов тех лет хорошо выражает одно из выступлений Б.Г. Ананьева, в котором он, в частности, говорил: «Культурное наследие буржуазии и всей истории классового общества создает богатейший материал, который не только не может быть отброшен, но который всемерно должен быть использован, развит, конкретизирован». В 20-е гг. в нашей стране оперативно издавались труды зарубежных психологов: 3. Фрейда, А. Адлера, К. Юнга, В. Келера, К. Коффки, Э. Торндайка, Ж. Пиаже, Э. Кречмера и др. Переводы снабжались вступительными статьями, в которых давалась обстоятельная характеристика работ. В научных журналах давалась информация о новой зарубежной литературе. Устанавливались личные контакты советских психологов с зарубежными учеными. По заказу БСЭ Дж. Уотсон написал для ее 1-го издания статью «Бихевиоризм». С анализом зарубежных концепций выступал Л.С. Выготский в ряде статей, в том числе, в большой работе «Исторический смысл психологического кризиса», С.Л. Рубинштейн в «Основах психологии» (1935) и в других трудах.

10-15 января 1923г. в Москве проходил Первый Всероссийский съезд по психоневрологии. Съезд явился крупным событием в научной жизни: «после длительного перерыва русская психология вновь получила возможность встретиться и обменяться результатами своих работ». Председателем оргкомитета был А.П. Нечаев. Почетным председателем был избран В.М. Бехтерев. Было заслушано 184 доклада по физиологии нервной системы, неврологии, психологии, психиатрии, педологии, психофизиологии труда. Съезд выявил основные направления и тенденции, новые течения и пути в области теоретической и прикладной психологии. Доклады Г.И. Челпанова и его сотрудников «носят общую печать прекрасной школы. Отчетливая постановка проблемы, полное знание тонкостей методики, соответствие уровню современной экспериментальной психологии, глубокое знакомство с литературой, стремление достигнуть при обработке результатов возможной в этой области меры точности — вот черты школы Челпанова». На съезде выступила и другая тенденция, направленная на отрицание правомерности психологии в том виде, в каком она развивалась до сих пор. В 4-х докладах поднимались вопросы метода: Г.И. Челпанова «О предпосылках современной экспериментальной психологии», В.М. Бехтерева «Субъективное и объективное изучение личности», К.Н. Корнилова «Психология и марксизм». И.Г. Челпанов защищал положение о самостоятельности психологии как экспериментальной науки и о необходимости отграничить психологию от рассмотрения спорных философских вопросов.

К.Н. Корнилов (на тех же позициях стоял и П.П. Блонский) выступил с уничтожающей критикой традиционной психологии с тезисом о «грядущей марксистской системе психологии», считая свою точку зрения единственно научной. Уже на следующий день после закрытия съезда 16 января 1923г. в правительственном органе — газете «Известия ВЦИК Советов» был опубликован автореферат доклада К.Н. Корнилова, что свидетельствует о государственной поддержке выдвинутой Корниловым идеи. Реализации этого подхода в психологии он видел в своем учение о реакциях.

Так в 20-х гг. началась перестройка психологии на основах марксизма. Она проходила в острой идейной борьбе, прежде всего в Психологическом институте, которым руководил Г.И. Челпанов. Многими в этот период отмечалась формальность в использовании марксистской философии — преобладала «марксистская фразеология» вместо подлинного усвоения марксизма.

Л.С. Выготский отмечал «особенную трудность приложения марксизма к новым областям: нынешнее конкретное состояние этой теории; огромная ответственность в употреблении этого термина; политическая и идеологическая спекуляция на нем — все это не позволяет хорошему вкусу сказать сейчас: «марксистская психология».

Характерной особенностью ситуации в психологии была разобщенность школ. Особенно изолированное положение занимала грузинская школа. Эта разобщенность расценивалась как препятствие к консолидации марксистки ориентированных психологов против буржуазных влияний на психологию, против всех и всяческих попыток механоматериалистической и идеалистической ревизии марксистско-ленинской теории в психологии. В ходе освоения марксизма происходила перестройка методологических основ психологии, складывались категории, принципы психологии — принцип единства сознания и деятельности; общественно-исторической обусловленности человеческого сознания и др. Осуществление этой грандиозной работы происходило в условиях идеологического давления, оказываемого на науку сверху. Наметился и в дальнейшем усилился процесс противопоставления советских исследований мировым. Утверждалось положение о принципиальных отличиях советской науки от буржуазной в отношении предмета, методов, в ее проблемах и даже конкретных методиках. В 20-е годы получили распространение поведенческие концепции, которые в целом не выходили за рамки естественнонаучного материализма.

В категориях поведения определяли предмет психологии П.П. Блонский и М.Я. Басов. Михаил Яковлевич Басов (1892-1931) боролся за построение психологии на основах диалектического материализма, против идеализма, механистического материализма Бехтерева, против биологизации психики человека. Расценивая ситуацию в психологии как кризисную, Басов указал на субъективизм и идеализм в трактовке психики как источник кризиса. Путем выхода психологии из кризиса, по Басову, может быть объективное познание, в котором теория должна быть неразрывно связана с практикой: «… истинной лабораторией для изучения ребенка должна быть школа, детский сад или детский дом, а основным работником в этой области должен быть педагог. Через педагогическую практику и в непосредственном контакте с нею должны ставиться и разрешаться теоретические проблемы, касающиеся детства». Подвергнув критическому анализу существовавшие представления о предмете психологии и указан на их ограниченность в понимании объяснительных принципов в трактовке психического, М.Я. Басов делает вывод о том, что предметом психологии является поведение, а методом — наблюдение. «Активность, выявляющаяся во взаимоотношениях человека со средой, процесс его поведения составляет истинный объект психологического изучения. Ступени в развитии структуры поведения описываются в терминах старой психологии: низшие структуры поведения называются ассоциативно-детерминируемыми процессами, высшие — апперцептивно-детерминируемыми. Басов подвергает специальному анализу вопрос о специфике человека и в связи с этим останавливается на проблеме сознания. Качество сознательности рассматривается как важнейшая особенность человеческой активности, без которой она лишена всякого смысла и значения. Без сознания невозможна цель. Сознание делает подотчетными все формы внутренней активности. Критерием осознанности является возможность выражения соответствующего содержания в языке. В целях анализа человека как деятеля Басов обращается к специфически человеческой деятельности — труду в разнообразии всех его профессиональных различий. Деятельность, по Басову, опосредуется «наукой», т.е. всем накопленным историческим знанием о деятельности. Главным предметом исследования Басова было развитие личности ребенка, детская психология. Вообще проблема развития рассматривается Басовым как проблема первоочередной важности в психологии. Красной нитью через все труды Басова проходит борьба с биологизацией в психологии. Так, применительно к проблеме возраста критикуется подход, в соответствии с которым возраст рассматривается как обусловленный биологическим развитием. Необходимо выявить специфические для психологического развития закономерности, и именно это составляет задачу психологического исследования. По отношению к этому предмету Басов разработал метод наблюдения, который считал наиболее адекватным приемом психологического исследования: «… внешнее наблюдение есть единственный метод, который может быть применен ко всем формам развития психических функций». Наблюдение в естественных условиях Басов понимал широко: оно не исключало в качестве своих компонентов эксперимента и самонаблюдения. В разработанной Басовым методике наблюдения придавалось большое значение культуре наблюдения. Его итогом является характеристика ребенка, основанная на материале, «охватывающем все формы активности ребенка во всех видах его деятельности, или, наоборот относящемся к отдельным ее сторонам». Характеристика нацелена на понимание личности ребенка и имеет важное значение для педагогической практики. Попытка Басова ввести в психологию понятие деятельности в связи с задачей перестройки предмета психологии получила дальнейшее развитие в советской психологии в последующем в трудах А.Н. Леонтьева, С.Л. Рубинштейна и др.

С идеями поведенческой психологии выступил в 20-х гг. Павел Петрович Блонский (1884-1941), психолог, видный деятель народного образования, впоследствии автор крупных работ по психологии памяти и мышления и их развитию в детском возрасте. Труды Блонского отличает высокая философская культура. В ранний период творчества он выступил с рядом больших философских исследований. В 1920г. в работе «Реформа науки», целью которой было искоренить «атавизмы мышления» в науке, в частности в психологии, он писал, что научная психология есть наука о поведении. В другой работе, написанной годом позже, он подчеркивал: «Мы должны создать психологию без души, мы должны создать ее без «явлений», или «способностей» души и без сознания». Критикуя интроспективную психологию за то, что она «начала свою работу с последних глав», т.е. с самого трудного, Блонский считает, что психология должна «систематически, добросовестно и внимательно следить за действиями наблюдаемого субъекта и теми особенностями окружающей обстановки и происходящих внутри субъекта процессов, которыми эти действия обусловливаются». Фиксируются движения (лица, конечностей, словесные реакции, движения внутренних органов, кровеносных сосудов, дыхания и т.п.), социальное положение субъекта. «Мышление не представляет собой чего-либо особенного. Оно — одна из разновидностей рефлексов… и состоит из особенно энергичных внутренних движений — мускульно-сочленовых и речевых». В другом месте Блонский говорит об изучении рефлексов, полагая, что в будущем, возможно установить однозначную связь между мозговой рефлекторной деятельностью и движениями. Идеи Блонского о поведении отличаются механицизмом и близки бихевиоризму Уотсона. В последующий период своей деятельности Блонский отошел от этих поведенческих идей.

рефлексологии

В целом поведенческие направления в советской психологии 20-х гг. в их различных вариантах не справились с задачей, которую они ставили перед собой — созданием новой науки о поведении человека, основанной на марксизме. Как отмечал Л.С. Выготский, главным пороком поведенческих концепций — рефлексологии В.М. Бехтерева, реактологии К.Н. Корнилова, идей П.П. Блонского является «отрицание сознания и стремление построить психологическую систему без этого понятия». Требовались новые теоретические концепции.

Общее основание психологии во всем многообразии ее направлений и школ, создающие методологические трудности для объяснения психологических фактов, впервые выявил Дмитрий Николаевич Узнадзе (1886 — 1950), создатель в Грузии одного из центров советской психологической науки, основатель грузинской школы в психологии — психологии установки. Он был одним из основателей Тбилисского университета (1918) и создателем в нем кафедры и отделения психологии, лаборатории экспериментальной психологии. По его инициативе создано Общество психологов в Грузии (1927) — первое Психологическое Общество в Советском Союзе и основан Институт психологии в системе Грузинской академии наук (1943).

Узнадзе — автор первых университетских учебников и систематических курсов. Вместе с другими психологическими центрами, которые создавались в нашей стране с первых лет Советской власти в Москве, Ленинграде, на Украине и в других регионах, психологи Грузии под руководством Узнадзе, опираясь на достижения всей предшествующей мировой психологической и философской мысли, создали собственную оригинальную школу.

В разных концепциях психологии — интроспекционизме, вюрцбургской школе, бихевиоризме, психоанализе, персонализме В. Штерна, гештальтпсихологии и др., Узнадзе увидел одно общее основание, которое обозначил термином «постулат непосредственности», называя его «догматической предпосылкой традиционной психологии». Так, анализируя концепции ассоцианизма, В. Вундта, гештальттеории, Д.Н. Узнадзе раскрывает их общую особенность — объяснение психики как совокупности связанных между собой явлений — и отличающихся только точками зрения на понимание механизмов этих связей — соответственно ассоциации, психической причинности, определяющей роли сложных целостных переживаний. Во всех этих теориях сохраняется принцип непосредственности в объяснении психических явлений. Другое направление современной психологии, которое «допускает возможность взаимодействия между явлениями физическими и психическими», также остается на позициях точки зрения непосредственности, так как считает «будто объективная действительность непосредственно и сразу влияет на сознательную психику и в этой непосредственной связи определяет ее деятельность». Анализ общих основ психологии, произведенный Д.Н. Узнадзе оказался созвучным ее анализам в трудах Л.С. Выготского (прежде всего в его работе «Исторический смысл психологического кризиса»), С.Л. Рубинштейна и разделялся советской психологией в целом. А.Н. Леонтьев неоднократно использовал термин «постулат непосредственности», введенный Узнадзе, итак же, как он, видел задачу психологии в преодолении этого постулата. Критика постулата непосредственности входит важной составной частью в работу по созданию методологических основ собственной психологической концепции Д.Н. Узнадзе. Из нее вытекает задача преодоления данного постулата. Ответом на эту задачу явилась созданная Д.Н. Узнадзе теория установки. Теория установки, по собственной оценке Узнадзе, является попыткой объяснить активность живого организма как целого, его взаимоотношения с действительностью с помощью введения особого внутреннего образования, обозначенного понятием «установка». Установочные образования были замечены и описаны психологами и раньше (Л. Ланге, 1888 и др.).

Их эффекты проявлялись в форме иллюзий, в различиях во времени протекания психических процессов и др. Попытки объяснения фактов установки хотя и различались у разных авторов, но в целом представлялись ими как частные явления психической жизни и трактовались как результат привычки, обманутого ожидания и т.п. В отличие от этих объяснений Д.Н. Узнадзе создал общепсихологическое учение об установке как новое направление в психологии.

Таким образом, в формировании установки учитываются внутренние и внешние факторы. В исследованиях Грузинской школы отмечается наряду с потребностью и ситуацией влияние третьего фактора — психофизиологических условий. Был разработан метод экспериментального исследования установки, изучены виды установок, процесс их формирования, описаны их свойства. С позиции установки даны характеристики психических процессов, произведена оригинальная классификация форм поведения и деятельности человека, выявлены иерархические уровни психической активности — индивида, субъекта, личности. Узнадзе придает понятию установки статус общепсихологической категории, а теория этого феномена превращается в общепсихологическую теорию установки и распространяется на изучение патопсихологических явлений, находит применение в педагогике, на ее основе разрабатывается система методов психотерапии — сеттерапия. Установка описывалась как-то опосредствующее образование между влиянием среды и психическими процессами, которое объясняет поведение человека, его эмоциональные и волевые процессы, т.е. выступает детерминантой любой активности организма. Так, мышление (а также творческая фантазия, труд и др.) возникает в ситуации затруднения актов поведения, вызванных определенной установкой, когда усложнение ситуации вызывает необходимость сделать специальным объектом исследования это затруднение. Психология установки остро поставила задачу активного субъекта в психологии в противоположность механицизму и идеализму предшествующей психологии. Она назвала своей задачей анализ поведения и деятельности с позиции установки: «… не подлежит сомнению, что для изучения подлинного предмета психологии — психической жизни — это понятие (поведения) имеет совершенно исключительное значение».

Направленность на выявление внутренней детерминации активности составляет сущность и пафос подхода Д.Н. Узнадзе, нацеленного на преодоление постулата непосредственности в психологии. Однако поскольку установка (и потребность) находятся в «пространстве субъекта» и, следовательно, являются внутренними образованиями, роль поведения и деятельности в преодолении постулата непосредственности и в определении сущности психического отступает на задний план, является вторичной.

Другое направление исследований по преодолению ограниченности как традиционной концепции психики, таких поведенческих направлений с их механицизмом и даже утратой проблемы сознания связано с введением в психологию идеи о неразрывной связи психики и, прежде всего, человеческой, с поведением и деятельностью и трактовкой опосредствованной структурой психики человека. Начало работ в этом направлении хронологически и идейно восходит к Льву Семеновичу Выготскому (1896-1934).

Один из основоположников советской психологии, Выготский внес огромный вклад в разработку ее методологических основ. Он создал культурно-историческую концепцию общественно-исторического развития психики человека, которая получила дальнейшее развитие в общепсихологической теории деятельности, разработанной А.Н. Леонтьевым, А.Р. Лурия, П.Я. Гальпериным, Д.Б. Элькониным и др. Выготский ввел понятие о высших психических функциях (мышление в понятиях, разумная речь, логическая память, произвольное внимание и т.п.) как специфически человеческой форме психики и разработал учение о развитии высших психических функций. Первым изложением этого учения явилась статья «Проблема культурного развития ребенка». Все последующие годы вплоть до смерти (1934) связаны с систематической экспериментальной и теоретической разработкой основной идеи. Под руководством Л.С. Выготского из небольшой группы его учеников и соратников — А.Р. Лурия, А.Я. Леонтьев, вскоре к ним присоединились А.В. Запорожец, Л.И. Божович, Р.Е. Левина, Н.Г. Морозова, Л.С. Славина, в Институте психологии сложилась школа, превратившаяся в одну из самых больших и влиятельных школ в советской психологии.

Чрезвычайно широк диапазон исследований Вытотского: детская психология, общая психология, дефектология, психология искусства, методология и история психологии и др. Все они объединены общим теоретическим подходом и одной проблемой — проблемой генезиса, структуры и функций человеческой психики. Вопрос о генезисе высших психических функций был главным в теории Выготского. Он сформулировал законы развития высших психических функций. Выготский показал, что в процессе культурного развития складываются новые высшие исторически возникающие формы и способы деятельности — высшие психические функции. Это положение о социальном генезисе психических функций человека получило название закона развития высших психических функций. Исторически возникновение высших психических функций как новых форм человеческого мышления и поведения связано с развитием трудовой деятельности. Высшие психические функции — продукт не биологической эволюции. Они имеют социальную историю. Выготский развил теорию системного и смыслового строения сознания («Лекции по психологии. Мышление и речь»).

Согласно этой теории «изменение функционального строения сознания составляет главное и центральное содержание всего процесса психического развития».

Исследование нового предмета — развития высших психических функций — потребовало разработки нового метода, так как, согласно Л.С. Выготскому, «методика должна соответствовать природе изучаемого объекта». Выготский называл свой метод или экспериментально-генетическим, или каузально-генетическим. Конкретным выражением этого метода была методика двойной стимуляции, с помощью которой проводились экспериментальные исследования памяти, внимания и др. Клинически-психологический анализ аномалий психического развития Выготский рассматривал в их значении для понимания генезиса психики человека, роли обучения в процессе психического развития. Он называл изучение развития и воспитания умственно отсталого, глухонемого, психопатического ребенка «экспериментами, поставленными самой природой». Поэтому труды Л.С. Выготского по дефектологии составляют неотъемлемую часть его общепсихологической теории. Принципиальный смысл метода Л.С. Выготского заключается в том, что он показал, что единственно адекватным исследованию проблемы развития, т.е. исследованию того нового, что возникает в психике человека, может быть только способ искусственного восстановления генезиса и развития исследуемого процесса. Этот метод положил начало принципиально новой методологии психологического исследования, получившей в последующем значительное развитие в советской психологии (П.Я. Гальперин, Д.Б. Эльконин, В.В. Давыдов и др.).

Так, исходя от Выготского, в отечественной психологии начало разрабатываться учение о деятельности.

Развитие психологической системы Л.С. Выготского стало делом жизни выдающегося психолога Александра Романовича Лурия (1902-1977), как он сам писал в автобиографической книге «Этапы пройденного пути». Работая в различных областях психологии — общей, детской, психофизиологии, а также дефектологии, нейропсихологии, психолингвистике, Лурия развил дальше теоретические положения Выготского. Его исследования входят составной частью в школу, которая сейчас называется школой Выготского, Лурия, Леонтьева. В то же время А.Р. Лурия является создателем отечественной школы нейропсихологии. В начале 30-х гг. Лурией было проведено экспериментальное исследование роли культурных факторов в развитии высших психических функций. Было обнаружено, что изменения практических форм деятельности, в особенности перестройка деятельности, основанная на формальном образовании и социальном опыте, вызывали качественные изменения в процессах мышления. Это исследование показало реальную возможность исторической психологии, одной из наиболее трудно подающихся экспериментальному изучению областей психологической науки. С целью показать взаимоотношение биологических и культурных факторов в развитии высших психических функций было предпринято изучение монозиготных и дизиготных близнецов. Были найдены методические приемы для выявления степени участия естественных и культурных факторов в решении экспериментальных задач.

Проблема регулирующей роли речи и речевого опосредствования в развитии произвольных психических процессов была, по признанию А.Р. Лурия, центральной в его работе. Начатые Л.С. Выготским исследования были продолжены А.Р. Лурией. Особенно важный материал для такого изучения открывает область исследований локальных поражений мозга. Разработка этой области составила главное содержание научной деятельности Лурия, начиная с 30-х гг., но особенно интенсивно — с Великой Отечественной войны. Эти исследования вылились в теорию системной динамической локализации высших психических функций и составили содержание новой области психологической науки — нейропсихологии, основоположником которой в СССР был А.Р. Лурия. Нейропсихологические исследования А.Р. Лурия включали изучение роли лобных долей, подкорковых и других мозговых структур в организации психических процессов, изучение нарушений отдельных психических функций — памяти, речи, интеллектуальных процессов, произвольных движений и действий при локальных поражениях мозга и их восстановлении. Большое место в творчестве Лурия занимали вопросы нейролингвистики, разрабатываемые им в неразрывной связи с проблемами афазиологии. В этих исследованиях широко представлены междисциплинарные связи психологии с другими науками — лингвистикой, физиологией и анатомией мозга, а также с клинической практикой.

Замечательный педагог А.Р. Лурия явился одним из организаторов психологической науки в Московском университете. Многие его работы выросли из курсов лекций, читаемых для студентов. Он также является автором популярных книг по психологии.

Одним из выдающихся теоретиков советской психологии был Сергей Леонидович Рубинштейн (1889-1960).

Он разрабатывал философские проблемы психологии, сформулировал важнейшие методологические принципы психологии. Один из них — принцип единства сознания и деятельности — составил основу деятельностного подхода в психологии. Философская направленность творчества С.Л. Рубинштейна, его пристальный интерес к зарубежной психологии объясняются, по-видимому, не в последнюю очередь обстоятельствами личной биографии ученого: он получил философское образование в Германии, учился в Марбургском университете, защитил там в 1913г. диссертацию, посвященную критическому анализу гегелевской философии. С.Л. Рубинштейн указывает на роль деятельности, в которой субъект не только обнаруживается и проявляется, но в ней созидается и определяется. Этапной как в творчестве Рубинштейна, так и для советской психологии в целом стала его статья «Проблемы психологии в трудах Карла Маркса» (1934).

Это выступление вместе с книгой «Основы психологии» (1935) и «Основами общей психологии» (1940), его расширенным вариантом, явились практической реализацией замысла построения психологии на новых научных основах. В статье 1934 г. Рубинштейн подверг глубокому анализу кризис, переживаемый зарубежной психологией, выступил с требованием радикальной перестройки понимания сознания и деятельности, сознания и личности и сформулировал принцип единства сознания и деятельности. «Психика не субъективно, не только для познания представляется опосредствованной; она может быть познана опосредствованно через деятельность человека и продукты этой деятельности, потому что она в бытии своем объективно опосредствована ими… Психика, сознание могут стать предметом психологии — содержательной и реальной. Объективность в психологии достигается не выключением психики, а принципиальным преобразованием концепции человеческого сознания и концепции человеческой деятельности». При этом Рубинштейн обращается к Марксу, подходя к нему как «к современнейшему из наших современников», чтобы уяснить, «какие ответы на самые узловые вопросы психологии заключаются в высказываниях Маркса». В статье излагается трактовка Марксом понятий человеческой деятельности и его представлений о формировании человеческой психики в процессе деятельности, анализ основных формул Маркса о сознании в его взаимосвязи с бытием, об исторической природе сознания, трактовка проблемы личности, человеческих потребностей и способностей. Статья завершается выводом о богатстве идей, которые психология может извлечь из работ Маркса. Они «намечают тот путь, идя по которому психология может стать действительно содержательной и реальной наукой». Эта и другая статья «О философских основах психологии. (Ранние рукописи К. Маркса и проблемы психологии)» являются хорошим введением к изучению трудов Маркса, значение которых для психологии является не только фактом истории мировой и в особенности отечественной науки, но признается и сегодня. В «Основах психологии» (1935) Рубинштейн продолжил анализ и окончательно сформулировал принцип единства сознания и деятельности. «Психология изучает психику через посредство деятельности и тем самым психологические особенности деятельности». Включив деятельность в сферу психологического изучения, Рубинштейн в то же время указывал, что это «не значит, что поведение, деятельность человека в целом является предметом психологии. Деятельность человека — сложное явление. Различные стороны ее изучаются разными науками… психология изучает психическую сторону деятельности». Рубинштейн выделял в качестве основных следующие виды деятельности: труд, игра, учение. Он дал их психологический анализ: описал специфическую для каждого из этих видов мотивацию, раскрыл их природу и связь с развитием личности.

Так в сферу психологического изучения была включена деятельность. Этим был сделан реальный шаг на пути преодоления постулата непосредственности, намечены основы объективного познания психики. Ограничив задачу психологии изучением психологической стороны деятельности, Рубинштейн выделил внутри деятельности ее компоненты: движение — действие — операция — поступок в их взаимосвязях с целями, мотивами и условиями деятельности. В 50-х годах Рубинштейн сформулировал принцип детерминизма и раскрыл его на материале экспериментальных исследований мышления. Согласно этому принципу внешние причины влияния действуют только через внутренние условия. Последователи С.Л. Рубинштейна выявили и описали свойства психического процесса: динамичность, непрерывность, недизъюнктивность, способность к развитию и др.

При изучении не только мышления, но любых других психических процессов в качестве совокупности всех внутренних условий, через которые преломляются все внешние воздействия, выступает личность. К личностным свойствам, обусловливающим поведение человека, относятся мотивы, способности.

Творчество С.Л. Рубинштейна, культура разработки им теоретических основ психологии, фундаментальность его трудов, обусловленная опорой на достижения всей мировой и отечественной философской и научной мысли, получили высокое общественное признание. В 1942г. он возглавил впервые созданную в Московском государственном университете кафедру психологии и одновременно был назначен директором Психологического института. В 1943г. был избран членом-корреспондентом АН СССР. По его инициативе и под его руководством в 1945г. в Институте философии АН СССР создается сектор психологии — первая психологическая лаборатория в АН СССР. В том же 1945г. он избирается академиком Академии педагогических наук РСФСР. В годы сталинских репрессий С.Л. Рубинштейн был снят со всех постов, публикация его трудов была запрещена. В 1956г. ему удалось восстановить сектор психологии и в течение последних трех лет жизни он публикует три монографии: «Бытие и сознание» (1957), «О мышлении и путях его исследования» (1958), «Принципы и пути развития психологии» (1959).

Написанная в последние годы жизни монография «Человек и мир» опубликована в сборнике избранных работ «Проблемы общей психологии» (1973).

Труды С.Л. Рубинштейна продолжают и сегодня служить важным источником развития отечественной психологии. Общие принципы, сформулированные Рубинштейном, находят свою конкретизацию в исследованиях, прежде всего его учеников. На них опираются и другие исследователи, формально не принадлежащие к школе С.Л. Рубинштейна. Книга «Основы общей психологии» на общероссийском психологическом конкурсе, который проводился «Психологической газетой» в 1999-2000 гг., была названа самой читаемой в ХХ в. книгой по психологии.

Алексей Николаевич Леонтьев (1903-1979) сделал деятельность предметом и методом психологического исследования. Он назвал категории деятельности, сознания и личности как «наиболее важные для построения непротиворечивой системы психологии как конкретной науки о порождении, функционировании и строении психического отражения реальности, которое опосредствует жизнь индивидов». Разработанная Леонтьевым общепсихологическая теория деятельности является важнейшим достижением советской психологической науки, а сам Леонтьев — крупным теоретиком, одним из создателей советской психологии. На материале теоретических и экспериментальных исследований он показал объяснительную силу деятельности для понимания центральных психологических проблем: сущности и развития психики сознания, функционирования различных форм психического отражения личности. В разработке проблемы деятельности Леонтьев исходил из культурно-исторической концепции психики Л.С. Выготского. Он считал, что марксистско-ленинская методология позволяет проникнуть в действительную природу психики, сознания человека, а в теории деятельности видел конкретизацию марксистско-ленинской методологии в области психологии. Истоки его исследований восходят к началу 30-х гг., когда Леонтьев возглавил группу психологов в Харькове. В ее состав входили А.В. Запорожец, Л.И. Божович, П.Л. Гальперин, В.И. Аснин, П.И. Зинченко, Г.Д. Луков. Для них центральной стала проблема практической деятельности и сознания, которая рассматривалась Леонтьевым «необходимой линией движения психологического исследования». Производилось изучение структуры детской деятельности, ее средств, цели, мотива и изменения в процессе развития ребенка.

В конце 30-х гг.А.Н. Леонтьев обращается к проблемам развития психики: исследует генезис чувствительности, развитие психики животных. Итогом этих работ явилась докторская диссертация «Развитие психики» (1946).

Здесь была разработана концепция стадиального развития психики в процессе эволюции животного мира, исходя из изменения в этом процессе характера связей животных с окружающими условиями. Каждая новая ступень рассматривалась как переход к новым условиям существования и шаг в усложнении физической организации животных. Выделенные Леонтьевым стадии в развитии психики — элементарной сенсорной психики, перцептивной и стадии интеллекта — в последующих исследованиях получили дальнейшую разработку и конкретизацию.

Во время Великой Отечественной войны А.Н. Леонтьев, будучи научным руководителем эвакуационного госпиталя на Урале, возглавил работу по восстановлению утраченной гностической чувствительности и движений после ранений путем специальной организации осмысленной предметной деятельности раненых. Хотя этот цикл исследований преследовал практические цели, одновременно он подводил к систематическому изучению теоретической проблемы о решающей роли деятельности и действия в психическом развитии.

В статьях 1944-1947 гг., посвященных развитию психики в онтогенезе, проблема деятельности получает специальную разработку. Было сформулировано понятие ведущей деятельности, положенное в основу при изучении периодизации психического развития ребенка (Д.Б. Эльконин), исследована игра как ведущая деятельность в дошкольном возрасте. Было произведено различение деятельности (и мотива) и действия (и цели), операций или способов выполнения действия, описывались динамика их взаимоотношений в процессе реальной жизнедеятельности ребенка; был раскрыт механизм сдвига мотива на цель как механизм процесса рождения новых деятельностей; вводилось различение «только понимаемых мотивов» и мотивов, «реально действующих». Описывалось превращение действия в операцию. На примере учебной деятельности была раскрыта психологическая характеристика сознания, в частности, показана несводимость сознания к знанию, смысла — к значению. Эти исследования составили основу психологического учения А.Н. Леонтьева о деятельности, ее структуре, ее динамике, ее различных формах и видах, окончательный вариант, которого дан в работе «Деятельность. Сознание. Личность». Анализ образующих деятельность единиц привел к выводу о единстве строения внешней и внутренней деятельности, в форме которой существует психическое. Показаны переходы от внешней деятельности к внутренней (интериоризация) и от внутренней — к внешней (экстериоризация).

Так преодолевалась мистификация психики, сознания. Деятельность предполагает субъекта деятельности, личность. В контексте теории деятельности различаются образования «индивид» и «личность». Личность является продуктом всех отношений человека к миру, реализуемых совокупностью всех разнообразных деятельностей. Основными параметрами личности являются широта связей человека с миром, степень их иерархизированности и общая их структура. Подход к изучению личности с позиции теории деятельности успешно развивается в советской психологии.

Через все творчество Леонтьева проходит борьба с натуралистическими концепциями в психологии человека, идея исторического развития человеческого сознания. Она явилась предметом специального анализа в статьях 1959-1960 гг. Здесь в контексте проблемы биологического и социального сформулированы понятия о трех видах опыта — индивидуальном, видовом и социальном. На основе теории деятельности А.Н. Леонтьева в Московском университете на факультете психологии, основателем и первым деканом которого он был, а также и в других учреждениях проводятся исследования в общей и в других отраслях психологической науки — социальной, детской, педагогической, инженерной, патопсихологии, зоопсихологии и др. В начале 60-х гг.А.Н. Леонтьев выступил с рядом работ по инженерной психологии и эргономике и этим способствовал возникновению и формированию этих отраслей психологической науки и СССР. Ему принадлежат исследования по педагогической психологии.

Петр Яковлевич Гальперин (1902-1988) отметил неразработанность в теории деятельности процессуального, операционального содержания деятельности и сделал его предметом своих исследований, составивших одну из общепсихологических концепций советской психологии — учение о поэтапном формировании умственных действий и понятий. В соответствии с пониманием П.Я. Гальперина, психика во всем диапазоне ее форм — познавательных процессов, от восприятия до мышления включительно, потребностей, чувств, воли, по своей жизненной функции — есть ориентировочная деятельность субъекта в проблемных ситуациях на основе образа. Предметом психологии является ориентировочная деятельность субъекта. «Предмет психологии должен быть решительно ограничен. Психология не может и не должна изучать всю психическую деятельность и все стороны каждой из ее форм. Другие науки не меньше психологии имеют право на их изучение. Претензии психологии оправданы лишь в том смысле, что процесс ориентировки составляет главную сторону каждой формы психической деятельности и всей психической жизни в целом; что именно эта функция оправдывает все другие ее стороны, которые поэтому практически подчинены этой функции». На основе такого понимания предмета психологии было разработано учение об эволюции психики. Согласно этому учению, психика возникает в ситуации подвижной жизни для ориентировки в предметном поле на основе образа и осуществляется с помощью действий в плане этого образа. Адекватным методом исследования психики как ориентировочной деятельности становится формирующий эксперимент. Он является развитием экспериментально-генетического метода Выготского: «… магистральный путь исследования психических явлений — это их построение с заданными свойствами». В связи с тем, что в своих сложившихся и автоматизированных формах — целостном восприятии, творческом мышлении, внимании — содержание того реального процесса, каким является ориентировочная деятельность, уже недоступно психологическому анализу, поэтому если ограничиться только наблюдением за тем, на что и как ориентируется субъект деятельности, нельзя установить все содержание процесса ориентировочной деятельности, и, следовательно, объективное изучение психики таким путем будет крайне несовершенным. Основным методом исследования психики как ориентировочной деятельности становится изучение ее формирования.

Для того чтобы процесс формирования ориентировочной деятельности стал процессом ее познания, т.е. общепсихологическим методом исследования, а не средством для решения педагогических задач, он должен быть управляемым. Поэтому в эксперименте подлежит организации вся система условий, которые обеспечивали бы формирование новых знаний и умений с заданными показателями. Она включает следующие моменты. Во-первых, составление схемы полной ориентировочной основы действия, т.е. достаточно полный набор условий, обеспечивающих правильное выполнение нового действия. Во-вторых, организация поэтапного выполнения действия сначала на материальных или материализованных предметах с постепенным переводом его во внутренний план через промежуточные этапы «громкой социализированной речи» и «внешней речи про себя». В-третьих, систематическая отработка на всех этапах желаемых свойств действия — его разумности, обобщенности, сознательности, меры овладения и др. Именно путь «извне внутрь» сначала как процесса во внешней среде, доступного контролю со стороны исследователя, а затем воспроизведение этого внешнего процесса через ряд определенных промежуточных форм — в идеальном плане — в уме или в речи, в восприятии — позволяет установить структуру ориентировочной деятельности. Получаемый вместе с этим практический результат — сформированные знания, навыки, сложившиеся акты внимания, восприятия и др. — выступает в качестве способа проверки правильности исходных представлений о составе условий, необходимых для их формирования с желаемыми характеристиками, и средством анализа уже сложившихся форм психической деятельности.

Таким образом, технология планомерного формирования действия открывает путь к решению «проблемы собственно психологического механизма» психических явлений и проблемы строго причинного психологического их объяснению» и как следствие — к их формированию. Последнее приобретает самостоятельную ценность в тех случаях, когда перед психологами стоят задачи прикладного характера в различных сферах социальной практики. Связь концепции П.Я. Гальперина с практикой заложена в самих основах его теории и соответствует методологическому принципу, о котором писал С.Л. Рубинштейн: «Правильное решение вопроса о детерминации психических явлений — главная теоретическая предпосылка построения и развития психологической науки, связанной с практикой, с жизнью и способной служить ее активному изменению, ее совершенствованию». На основе теории планомерного формирования решаются задачи школьного обучения, а также обучения в системе высшего, профессионального, специального образования, в системе спортивной, военной подготовки и др. Метод формирующего эксперимента применительно к задачам обучения и воспитания углубленно разрабатывается также В.В. Давыдовым и другими психологами.

инженерная психология

По оценке исследователей, Ананьев «развил лучшие традиции Бехтерева, руководствуясь марксистской методологией. За фактом преемственности научных школ Бехтерева и Ананьева просматриваются еще более отдаленные исторические связи с рефлекторной теорией И.М. Сеченова, педагогической антропологией К.Д. Ушинского, антропологическим принципом Н.Г. Чернышевского, с материалистической традицией русского естествознания, просвещения и философии. Марксистское учение о сущности человека и ленинская теория отражения послужили фундаментом для построения концептуальной системы Б.Г. Ананьева». У истоков концепции Б.Г. Ананьева стоят его исследования по истории отечественной психологии. Внимание к вопросам истории определялось пониманием той роли, которую имеют эти исследования для современной психологии. Кроме истории психологии, он разрабатывал методологические и теоретические проблемы психологии; значительное место в его творчестве занимают труды по общей, педагогической, возрастной, индивидуальной психологии, психологии труда, искусства и др. Их общей методологической основой являются принцип отражения и принцип развития. Ананьеву принадлежат фундаментальные исследования по проблемам ощущений и восприятия. Он рассматривал их как источник познания и психического развития в целом. Принцип развития в сочетании с антропологическим подходом реализовывался в генетических исследованиях. Ананьев рассматривал онтогенетическое природное развитие человека как «последовательную смену стадий или фаз индивидуального развития… зачатие, рождение, созревание, зрелость, старение, старость составляют основные моменты целостности человеческого организма». История формирования и развития личности составляет жизненный путь человека. «Начало личности наступает намного позже, чем начало индивида» и «связано с образованием постоянного комплекса социальных связей, регулируемых нормами и правилами, освоением средств общения. ., предметной деятельности… Подобно тому, как начало индивида — долгий и много фазный процесс эмбриогенеза, так и начало личности — долгий много фазный процесс ранней социализации индивида, наиболее интенсивно протекающий на втором-третьем годах жизни человека». Индивидуальное развитие рассматривалось как внутренне противоречивый процесс, зависящий от наследственности, среды, воспитания и собственной деятельности человека.

онтопсихологии

По оценке исследователей творчества Б.Г. Ананьева, несмотря на многообразие проблем, разрабатываемых им на протяжении всей жизни, проблему индивидуального развития человека с уверенностью можно назвать главной. Вообще проблема человека занимает основное место в творчестве Ананьева. Из этой комплексной проблемы применительно к психологии выделялись понятия индивида, личности, субъекта деятельности и индивидуальности. В каждом из этих образований выделялась совокупность свойств и их детерминанты. Однако включение в структуру личности не только собственно личностных свойств, но также индивидных и субъектных привело практически к беспредельному расширению рамок психологического исследования личности, начиная от биохимических и кончая социальными аспектами. При таком подходе специфика собственно психологического аспекта отступает перед комплексностью, вопреки утверждению Ананьева, что «при современной дифференциации наук важное значение имеет определение предмета каждой из этих наук». В работе «Психология педагогической оценки» (1935) В.Г. Ананьев впервые указал на важность общения как одной из детерминант, определяющих развитие психики человека, и в последующем разрабатывал различные аспекты психологии общения. Общение рассматривалось как один из видов человеческой деятельности вместе с предметной деятельностью и познанием и как обязательный компонент всех других видов деятельности, прослеживалось влияние общения на поведение и личность человека, обсуждались проблемы качественного и количественного оптимума общения и последствия дефицита в общении для развития личности и др.

Разработка проблемы индивидуальных различий была также главной темой творчества Бориса Михайловича Теплова (1896-1965), выдающегося ученого, основоположника советской дифференциальной психофизиологии. Он внес также большой вклад в исследование фундаментальных проблем общей психологии; методов исследования в психологии, в изучение восприятия, способностей, мышления, а также в историю психологии. В области психологии индивидуальных различий Теплов разрабатывал теоретические вопросы, касающиеся способностей и одаренности, а также отдельные ее виды: он исследовал музыкальные способности, умственные способности. Предметом специальной разработки Б.М. Теплов сделал изучение психофизиологических основ индивидуальных различий, рассматривая такой подход в качестве объективного пути исследования проблемы психологической характеристики индивидуальных различий. Опираясь на учение И.П. Павлова о свойствах типов нервной системы, Теплов (с сотрудниками), среди которых выдающаяся роль принадлежит талантливому, рано ушедшему из жизни ученому Владимиру Дмитриевичу Небылицыну (1930-1972) разработал методики экспериментального исследования нервной системы человека. Ему принадлежит заслуга в тщательном изучении основных свойств нервной системы в целях отыскания характеристик, по которым люди отличаются друг от друга. Существенно отметить, что при этом психофизиологические различия в отношении таких свойств, как сила — слабость, подвижность — инертность, рассматривались вне оценочного подхода типа «хороший — плохой», но как своеобразные возможности нервной системы, которые необходимо учитывать в процессе деятельности и которые проявляются в индивидуальном стиле деятельности.

Рассмотренные важнейшие направления в области развития общепсихологической теории в отечественной науке советского периода, несмотря на единство методологических основ, имеют достаточно существенные различия. Они касаются, в том числе, принципиальных проблем предмета и методов психологического исследования, бессознательного и др. Эти проблемы были темами специальных дискуссий, развернувшихся в советской психологии на Всесоюзном совещании по вопросам психологии в 1952 году, в журнале «Вопросы психологии», а также на состоявшихся в 1959, 1963, 1968, 1971, 1977, 1983, 1989 гг. съездах Общества психологов СССР (создано в 1957г).

Эти дискуссии и обсуждения явились важной формой развития теории психологии.

Становление психологической теории происходило вместе с развитием конкретных исследований, которые осуществлялись в русле различных теоретических концепций и в связи с практическими задачами, выдвигаемыми перед психологией обществом. Так, в годы Великой Отечественной войны работа психологов была подчинена оборонной тематике. В связи с прогрессом техники, и в частности с созданием сложных автоматизированных систем управления, которые качественно меняли функции, Выполняемые человеком в производственных процессах, развивается инженерная психология. После перерыва в разработке проблем социальной психологии, начавшейся в 20-х гг., в 50-60 гг. возникли предпосылки для развития социальной психологии, активно развивающейся сегодня в СССР отрасли психологического знания. Развитием и практической реализацией деятельностного подхода в психологии явились исследования в области специальной педагогики и психологии, начатые Иваном Афанасьевичем Соколянским (1889-1960) 4 и продолженные Александром Ивановичем Мещеряковым (1923-1974).

Большие успехи в области детской и педагогической психологии связаны как с применением деятельностного подхода и конкретно с развитием идей Л.С. Выготского, А.Н. Леонтьева, П.Я. Гальперина, А.В. Запорожца, Д.Б. Эльконина, так и вне этого подхода.

После распада СССР в конце 1991г. начался драматический процесс переоценки и пересмотра принципиальных позиций советской психологии, и, прежде всего ее методологических оснований, восходящих к марксизму. Открыто встал вопрос о действительной роли учения Маркса в развитии психологической науки. Критике подвергся главный тезис советской психологии — положение о том, что марксизм является единственной теоретической основой психологии. Следуя ему, психология советского периода оказалась изолированной от других философско-психологических течений, была неспособной воспринимать исходящую от них и часто справедливую критику. На смену догматическому курсу, который в условиях тоталитарного режима возводил все, что было сказано Марксом, а также В.И. Лениным, в ранг незыблемой истины, пришло новое представление о плюрализме методологических ориентаций. Становилось все более очевидным, что, по-видимому, нет одной единственной теории, на основе которой можно построить психологическую науку, что в решении принципиальных вопросов необходимо опираться на разнообразные философские воззрения. Наметилось преодоление схематизмов научного сознания и связанное с этим его расширение и развитие путем открытых свободных дискуссий с различными философско-социологическими направлениями. При этом продолжает сохранять свое значение для психологии ряд положений Маркса, прежде всего о деятельности как специфическом способе человеческой жизни. Признается, что не может быть отброшена теория отражения В.И. Ленина, хотя конкретно научное содержание отражения в психологии имеет своим источником изучение отражательной природы психического в работах отечественных и зарубежных психологов. Указанные сдвиги в области методологии психологического познания нашли отражение в периодической печати. Большое место заняли материалы о процессах в науке и о судьбах отдельных ученых в период с 1917 до 1990 гг.

В новой исторической ситуации, сложившейся в России, со всей остротой встал вопрос об отношении к марксистски ориентированным теоретическим концепциям советского периода. На волне энтузиазма и в условиях идеологической свободы, в период, когда творцы научных теорий уже не могли вступить в диалог со своими критиками, началось наступление на советскую психологию. От тезиса о безусловном приоритете всего, что было создано в советский период, произошел крутой поворот, по существу, к отрицанию его значения. Особенно энергичным нападкам была подвергнута теория деятельности. Упреки относились к ее основополагающим положениям: о неразрывности связи сознания, психики с деятельностью, об общности их строения и в целом в о вторичности сознания, о его несвободе. Утверждалось пренебрежение в этой теории биологическими основами человеческой психики — в пользу представлений о ее обусловленности только социальными факторами. Высказывались мнения о необходимости отказаться от понятия отражения применительно к природе психики. Хотя скепсис и отчасти нигилизм по поводу отечественной психологии советского периода явились вполне оправданной реакцией, они все же не превратились в ее отрицание. И в обновленной России, и за рубежом достижения отечественной психологии советского периода продолжают пользоваться большим авторитетом. Труды А.Р. Лурия, А.Н. Леонтьева, П.Я. Гальперина, С.Л. Рубинштейна, А.А. Смирнова, М.М. Бахтина распространяются в США, в странах Европы, а также в Японии и др. Они вдохновляют многих психологов к исследованиям, развивающим их идеи. По инициативе группы западных специалистов в связи, прежде всего с работами А.Н. Леонтьева и его школы в 1986г. в Западном Берлине был проведен I Международный конгресс по теории деятельности, в котором участвовали более 200 ученых из 22 стран Европы, Азии и Америки, работающие в области философии, социологии, культурологии, педагогики, физиологии и др. На этом конгрессе было принято решение о создании особой организации, объединяющей ученых разных стран и различных дисциплин и изучающих проблемы человеческой деятельности. Эта организация была названа Международной постоянной конференцией по исследованию теории деятельности, которая начала издавать специальный журнал по теории деятельности. В 1990г. в Финляндии (г. Лахти) состоялся II Международный конгресс по теории деятельности, посвященный проблемам социальных и индивидуальных преобразований. В этом конгрессе действовало около 500 ученых из 24 стран. В 1995г. в Москве прошел III Международный конгресс по теории деятельности по теме «Теория деятельности и социальная практика». В его работе участвовало свыше 100 ученых — философов, психологов, социологов и других специалистов из 26 стран. В 1998г. в Дании (Орхус) проходил IV конгресс Международного общества ISСRАТ. В работе 107 его секций участвовали более 500 ученых из 37 стран. Основная тема определялась так: «Теория деятельности и культурно-исторический подход к социальной практике».

Конгрессы свидетельствуют о жизненности современной теории деятельности, в разработке которой ученым нашей страны принадлежит ведущая роль. В настоящее время в России психологическая теория деятельности продолжает плодотворно развиваться. В то же время признается, что деятельность «не может быть единственной парадигмой научного психологического знания, как не может претендовать на эту роль и любая другая категория или объяснительный принцип». Наметились тенденции изменения трактовок деятельности в связи с распространением деятельностного подхода на анализ источников и механизмов творчества, проблем личности и др.

Российскими психологами обсуждается вопрос о соотношении деятельностной концепции с культурно-исторической теорией Л.С. Выготского. Многие специалисты склоняются к выводу о том, что «перспективы полидисциплинарной теории деятельности в значительной степени связаны с объединением… собственно теории деятельности и культурно-исторической теории развития человека». Работа в этом направлении началась и должна быть продолжена в интересах развития обоих направлений.

В связи со 100-летними юбилеями Л.С. Выготского и Н.А. Бернштейна (1996), П.Я. Гальперина (2002), А.Р. Лурия (2002), А.Н. Леонтьева (2003), Д.Б. Эльконина (2004) в нашей стране проводились международные научные конференции. Этим датам посвящались специальные выпуски научных журналов. В ходе всестороннего обсуждения было доказано, что созданные ими теории представляют отнюдь не только исторический интерес. Они остаются живыми, развивающимися системами, научный и практический потенциал которых далеко не исчерпан. Конструктивные идеи, содержащиеся в их классических трудах, составляют единую культурно-историческую психологию, которая продолжает определять научные искания сегодня и имеет перспективное будущее.

Заметной особенностью современной отечественной психологии является тенденция выправить искажения, которые приобрело развитие психологической науки после революции 1917г., выразившееся в нарушении преемственности в развитии отечественной науки и в ее изоляции от мировой. Переиздаются труды ученых, искусственно исключенных из научного общения. В сериях «Философско-психологическая библиотека», «Памятники психологической мысли», «Психологи отечества», а также отдельными изданиями выходят сочинения Г.И. Челпанова, Г.Г. Шпета, Л.М. Лопатина, В.М. Бехтерева, А.Ф. Лазурского, В.В. Несмелова, В.В. Зеньковского, С.Л. Франка и др. Анализу их вклада в психологическую науку посвящаются диссертации, проводятся научные конференции. Устанавливаются широкие контакты с мировой наукой. С 1993г. выходит журнал «Иностранная психология», в котором публикуются материалы зарубежных исследований. В области теории за последние годы не появилось больших новых направлений. Но работа продолжается. Исследования охватывают широкий круг психологических проблем: история и теория психологии, традиционные темы общей психологии — познавательные процессы, личность и др., психология развития, детская психология, социальная психология, психология труда, инженерная психология, эргономика, психология управления и др. Опубликован коллективный труд под названием «Начала христианской психологии» (1995).

В книге производится попытка обоснования христиански ориентированной психологии, ее предмета, методов, основных понятий. Ее особенностью является направленность на поиски сближения науки и религии в целях одухотворения вопросов психологии человека, создания целостного знания о человеке. Развитие этих идей происходит в обстановке острых дискуссий, в основе которых лежит столкновение со сложившимися установками о несовместимости науки и религии. Другой особенностью психологии постсоветского периода является её сближение с практикой. Новым является не сам этот акт — вся история отечественной науки свидетельствует о такой связи — а та широта, которую приобрело это движение и иная постановка вопроса о практической психологии. Из традиционной формы связи психологии с практикой, когда «отношения между ними определялись принципом внедрения», т.е. практика была чем-то внешним по отношению к науке, по словам Л.С. Выготского, «выводом, приложением, вообще выходом за пределы науки, операцией занаучной, посленаучной, начинавшейся там, где научная операция считалась законченной», психология должна перейти к собственной психологической практике. Такой переход реально происходит. Появилась самостоятельная психологическая служба от инженерно-психологической деятельности до психологического консультирования. Поскольку существует разрыв академической психологии и новых психологических практик, встает вопрос о новой психотехнической теории.

Таковы новые направления исследований. В целом же методологи оценивают современное состояние психологии в России (а во многом и в зарубежной науке) как кризисное, явившееся результатом ее построения по образцу (или идеалу) естественной науки. Признается, что психология нуждается в новых методах и новом типе мышления, который многие исследователи связывают с гуманитарным подходом. Однако наиболее перспективной признается тенденция, в основе которой находится не противопоставление естественнонаучной и гуманитарной парадигм, а их взаимосвязь в едином научном психологическом познании. Большим событием в жизни психологов России явилось создание в 1995г. Российского Психологического Общества при президиуме РАН (РПО).

Одновременно стал выходить журнал «Психологическое обозрение» — орган РПО. Как записано в Уставе Общества, его основными целями являются «содействие развитию психологической науки, практике и образованию; привлечение ученых и специалистов в области психологии к решению актуальных научных и практических задач в интересах всего общества; консолидация сил и создание условий наиболее полной реализации творческого потенциала профессиональных психологов России; обеспечение профессиональной и социальной защиты психологов; содействие всестороннему культурному развитию России».31 января — 2 февраля 1996г. в Москве состоялась I Всероссийская конференция по психологии «Психология сегодня», организованная РПО.

В настоящее время российская психология стала востребованной наукой. Она представляет реальный интерес для различных видов современной социальной практики — для политики, экономики и права, медицины, военного дела, образования. Значительных масштабов достигла деятельность психологов-консультантов, групповой тренинг общения, психологическая служба в школе, имеющие дело с индивидуальными трудностями конкретного человека.

Заключение

Историческое рассмотрение конкретных фактов, важнейших событий и тенденций в процессе развития психологической науки позволяет констатировать, что до настоящего времени не сложилось единого подхода, общего понимания того, что же изучает психология. Различия точек зрения на самые центральные вопросы психологии, начиная с главного — вопроса о предмете психологии, а также различные подходы к пониманию личности, сущности психического развития, интеллекта и др. настолько значительны, что, как писал Г. Олпорт, «иногда кажется, что кроме преданности своей профессии, психологов мало что роднит… относительно предмета исследования их мнения расходятся. В разных психологических подходах в качестве такового фигурируют: переживание, поведение, психофизические связи, сознательные мыслительные процессы, бессознательное, человеческая природа и даже «тотальность психического существования человека». Не является ли история (а может быть и современное состояние нашей науки) серией заблуждений и ошибок? П.Я. Гальперин, рассматривая историко-психологический процесс в контексте актуальных задач, среди которых «вопрос о предмете изучения — это не только первый и сегодня, может быть, самый трудный из больших теоретических вопросов психологии, но вместе с тем вопрос неотложной практической важности», дал такой ответ на этот вопрос. Анализируя исторические факты, он выделил заключающееся в них (явно или в скрытом виде), понимание предмета психологии. Согласно Гальперину, за всю историю психологии было выдвинуто три определения ее предмета: душа, сознание, поведение. Все они оценивались им как «недостаточные», «несостоятельные», «ошибочные». Можно ли, основываясь на такой оценке результатов работы предшественников, отбросить материал их исследований и начать все сначала? По-видимому такая позиция противоречит одному из важнейших принципов научного познания — принципу историзма.

В связи с исключительной сложностью изучаемой в психологии реальности, как бы её ни называть — психика, сознание и др. — она не получила полностью адекватного определения ни в одном из подходов, сложившихся в истории науки: в каждом из них содержится лишь момент истины о ней. Но такой момент есть, и он должен быть выявлен! Психика человека и сознательна — и бессознательна, она социальна — и имеет биологически предпосылки, она опосредствует нашу жизнь — и сама является продуктом этой жизни, она определяется воздействиями извне — и свободна от них, в ней есть знание и есть переживание, она целостна, но и состоит из многих компонентов, она одновременно и явление — и процесс. Неправильно считать абсолютной истиной какое-нибудь одно из этих положений или абсолютно ложным — другое. Взгляды предшественников появлялись с исторической необходимостью, они были детерминированы условиями своего времени и вместе образуют логику развития научной психологической мысли как процесс последовательных трансформаций предметной области психологии в контексте его объективных причин и условий.

Психология началась с идеи души, и, как проницательно заметил Л.С. Выготский, «психология как наука должна была начаться с идеи души». Далее он поясняет это положение, оценивая эту идею как «первую научную гипотезу древнего человека, огромное завоевание мысли». На протяжении более чем 20 столетий с ее помощью объяснялись все процессы жизнедеятельности организма. Понятие души по своему содержанию было не только психологическим, но более широким, скорее биологическим, объясняющим все жизненные процессы с помощью сходного толкования. «Мы так же мало видим в этом просто невежество и ошибку, как не считаем рабство результатом плохого характера», — писал Л.С. Выготский. Причиной такого воззрения на природу души было недостаточное знание о строении и работе тела (еще в ХVII в. мудрый Спиноза отмечал: «к чему способно тело, до сих пор еще никто не определил, т.е. опыт никого еще до сих пор не научил, к каким действиям тело является способным в силу одних только законов природы, рассматриваемой исключительно в качестве телесной, и к чему оно неспособно, если только не будет определяться душою»).

Именно в силу недостаточности знаний о функционировании живого тела, понятие души стало тем объяснительным принципом, который выступал в качестве источника и детерминации всех проявлений живого организма, заменял конкретные знания о механизмах его телесных функций (дыхания, кровообращения, питания и др.).

Великие открытия ХVII — ХVII вв. в различных науках и, особенно в области анатомии и физиологии человека, оказали поистине революционное воздействие на представления о душе, способствовали коренному изменению взглядов на ее функции. В 1623г.Ф. Бэкон подвел итог этим исследованиям. «Наблюдая за чувствующим телом и пытаясь выяснить, почему такое большое действие… переваривается и выбрасывается пища, мокроты и соки движутся вверх и вниз по всему телу, сердце и сосуды пульсируют, внутренние органы, подобно мастерским, исполняют каждый свою работу», он пришел к выводу о том, что функции души следует ограничить психическими способностями. Он назвал причиной широкого понимания функций души, включающего в их число и чисто телесные процессы, неосведомленность древних философов.

сенсуалистическим эмпирическим

Бегло очерченные некоторые важнейшие повороты на пути развития научной психологической мысли были объективно обусловлены историческими причинами. С каждым из них связаны важные открытия, они сохраняют свое значение — имеют исторический смысл, являются, по словам Л.С. Выготского, шагом к истине. Ни одна из попыток прошлого не может быть отброшена в том числе и потому, что пока еще психология не приблизилась к единому пониманию своей науки, и если это является ее целью, то, как проницательно замечал Г. Олпорт, «до ее достижения еще далеко». Признаем вместе с этим автором: «Хорошо, что существуют последователи Локка и Лейбница, позитивисты и персоналисты, фрейдисты и неофрейдисты, объективисты и феноменологи. Ни те, кто предпочитает модели (математические, животные, механические, психиатрические), ни те, кто их отвергает, не могут быть правы во всех деталях, но важно, что каждый может свободно выбрать собственный способ работы. Осуждения заслуживает только тот, кто хотел бы запереть все двери, кроме одной».

История повествует, как психология овладевает предметом своего изучения.

Список литературы

[Электронный ресурс]//URL: https://psychoexpert.ru/referat/obschaya-harakteristika-rossiyskoy-psihologii/

1. Галустова Оксана Викторовна «История психологии в вопросах и ответах». Учебное пособие. — М.: ТК Велби, Издательство Проспект, 2006.

2. Морозов Александр Владимирович «История психологии» Учебное пособие для вузов. М.: Академический Проект, 2003.

3. Ждан Антонина Николаевна «История психологии. От античности до наших дней». Учебник для вузов. — 5-е издание. Переработанное и дополненное. М.: Академический Проект, 2004.

4. Петровский Артур Владимирович Ярошевский Михаил Григорьевич «История и теория психологии» том 1 Издательство «Феникс» г. Ростов-на-Дону, пер. Соборный, 17 1996г.